gollum.space
Тpи гpузoвикa c кapaтeлями мчaлиcь к дoму, бeглянкa пoчти пoпaлacь: тo, чтo нe cтoилo выбивaть paму oкнa, эcэcoвцы пoняли cлишкoм пoзднo
Последний день третьего военного лета угасал в багровых отблесках заката над тихим украинским городком. А вскоре уже занимался первый осенний рассвет. Нина Соснина и её отец не увидят его никогда...
Через несколько дней здесь обнаружат уцелевшие медицинские инструменты и девичью русую косу.
Как школьники создали подполье и нашли оружие
Малин — маленький городок в ста километрах от Киева. В июне 1941-го здесь жило двенадцать тысяч человек. Фашисты захватили его 22 июля, после того как советские войска держали оборону почти месяц — дольше, чем в областном центре Житомире. Но покоя оккупантам не было ни дня.
Когда немцы вошли в город, комсомольцы собрались у Нины Сосниной. Всех мучил вопрос: «Что делать?» Нина ответила первой. Твёрдо, без тени сомнения:
— Будем бороться. Начнём с листовок. Соберём оружие — после боёв его много валяется в полях, в лесах.
Ей было восемнадцать.
sovsojuz.mirtesen.ru
К октябрю у юных подпольщиков уже было пятьдесят винтовок, шесть ручных пулемётов, восемь гранат и ящики с патронами. Всё прятали на старом кладбище, в заброшенном склепе. Туда же носили листовки, там же отсиживались во время облав. Одноклассник Нины, Виктор Ольштынский, нашёл в затопленном котловане двадцать ящиков с толом — красноармейцы сбросили их при отступлении, чтобы не достались врагу. Из этой взрывчатки подпольщики делали мины. Потом на этих минах взлетали на воздух эшелоны и рушились мосты.
В декабре 1941 года брат Нины, Валентин, пошёл в соседнее село искать связи с партизанами. По дороге столкнулся со своим школьным товарищем. Тот, оглянувшись, прошептал: «По ночам слушаю советское радио. Москва наша! Немцев гонят от столицы!» Через три дня в Малине появились первые листовки. От руки, корявым почерком, но твёрдые, как приговор: «Красная Армия наступает. Не верьте вранью фашистов. Бейте гадов!» Их читали вслух у колодцев, передавали из рук в руки.
Семейный штаб
Вскоре в городе объявился Павел Тараскин — коммунист, бежавший из Дарницкого концлагеря. Он объединил разрозненные группы в единую организацию. У подпольщиков появился свой радиоузел. Слушали сводки Совинформбюро, печатали листовки. Их печатала машинистка лесхоза Галина Бондарик. По утрам к ней заходила мать Нины, Лариса Ивановна, и уносила пачки под пальто. Потом Нина развозила их по окрестным сёлам.
Нина Соснина писала стихи. Одну из листовок она закончила строками, которые сегодня звучат как завещание:
«За сожжённый портрет Толстого,за горючие матери слёзы,за свободное русское слово,за израненные берёзы…Бей врага неустанно, товарищ!»
Отец Нины, Иван Иванович, работал хирургом в городской больнице. Немцы его не трогали — врач нужен всем. Но по ночам, тайком, он оперировал раненых партизан. В своём доме, под страхом смерти. А ещё выдавал людям справки с тяжёлыми диагнозами, которые спасали от угона в Германию. В Малине и окрестностях он спас от фашистского рабства очень многих.
Предатель Мурга и расстрел в овраге
Зимой 1942 года немцы перебросили в Малин чехословацкую часть для охраны железной дороги. Через Нину подпольщики установили связь с офицером-антифашистом Янеком Антелой. Он добывал для них оружие и боеприпасы, сообщал о карательных акциях. При его содействии Нина Соснина и её товарищ Николай Тужик пустили под откос немецкий эшелон с орудиями и танками.
Нашёлся и предатель. Парикмахер Мурга. 16 января 1943 года гестаповцы схватили Павла Тараскина и многих его товарищей — коммунистов, комсомольцев, машинистку Галю Бондарик. Двухэтажный костёл в центре Малина превратили в тюрьму. Там пытали. 22 января 1943 года их расстреляли в овраге за Малином.
После гибели старших подполье возглавила Нина. Ей было девятнадцать. Под её руководством была осуществлена акция справедливого возмездия: предатель Мурга был уничтожен. Эффективность подпольной организации росла. Фашисты тратили всё больше сил на борьбу с неуловимыми патриотами.
«Я вернусь»: отказ от спасения и ранение на задании
Однажды, когда Нина с товарищами привезла в партизанский отряд добытое оружие, комиссар отряда Г.С. Петренко предложил Нине больше не возвращаться в город, а остаться в отряде в качестве комсорга. После недолгого раздумья Нина отрицательно покачала головой. Оставить товарищей, брата и родителей в их неравной борьбе с врагом она не могла. И потому возвратилась в город.
По пути в Малин Нина с товарищем Фёдором Зинченко наткнулись на облаву. Завязалась перестрелка, в ходе которой Фёдор был тяжело ранен. Партизаны, услышав стрельбу, прибежали на помощь и отбили товарищей. Потом тяжело раненного Фёдора тайно переправили из леса на окраину Малина, в дом учительницы Дорошок. Фёдор нуждался в операции. Её мог сделать только Нинин отец.
Операция под пулями: пять часов в огне
Нина и её отец разными улицами добрались в дом, где лежал раненый. Иван Иванович приступил к операции. А через час по улице в направлении этого дома уже мчались три грузовика с карателями. Они надеялись легко попасть в здание и с ходу выбили прикладами оконную раму. Однако из глубины комнаты их встретил пулемётный огонь. Это стреляла Нина.
Неравный бой Нины с карательным отрядом длился около пяти часов. Дом учительницы оказался для фашистов неприступной цитаделью.
Поняв, что проникнуть в дом не получится, фашисты в качестве живого заслона согнали к дому местных жителей. Подпольщики прекратили огонь. Тогда фашисты подобрались к дому, обложили его соломой, облили бензином и подожгли. Они хотели взять подпольщиков живьём и считали, что отец с дочерью выйдут к ним из огня с поднятыми руками. Но отец и дочь Соснины предпочли гибель в огне издевательствам в плену.
Перепуганные пожаром местные жители разбежались, кто куда. И отец с дочерью из пламени возобновили огонь по врагам. Потери фашистов в этом бою были чрезвычайно велики. Очень немногим эсэсовцам удалось выжить в той карательной операции.
Объятия в дыму: последняя минута
Пожар бушевал вовсю. У Ивана Ивановича и Нины закончились патроны. И очевидцы видели, как отец и дочь стоят, обнявшись, в чёрном дымящемся проёме окна, и горящая балка висит над их головами. Это были последние мгновения жизни отца и дочери Сосниных. Рухнула крыша. К небу взметнулся столб искр и дыма. В обгоревшем проёме окна больше никого не было.
Это произошло 31 августа 1943 года. Два с половиной месяца они не дожили до Дня освобождения Малина, который был очищен от врага 12 ноября 1943 года.
Врач Иван Павлович Канюка в углях догоревшего пожара отыскал останки отца и дочери Сосниных и похоронил их на берегу реки Ирши. Потом он разыскал на пепелище медицинский инструмент Ивана Ивановича и случайно наткнулся на обгоревшую русую косу Нины.
8 мая 1965 года Нине Сосниной и Павлу Тараскину было присвоено звание Героя Советского Союза посмертно. Иван Иванович Соснин, так же посмертно, был награждён Орденом Великой Отечественной войны I степени.
de.pinterest.com
0 коммент.:
Отправить комментарий