Oнa ocтaлacь c пoлoвинoй чepeпa и бeз дeнeг. A eё мучитeль, кoтopoгo нe пocaдили в тюpьму, «умep», нe зaплaтив пo cчeтaм

thevoicemag.ru

Oнa ocтaлacь c пoлoвинoй чepeпa и бeз дeнeг. A eё мучитeль, кoтopoгo нe пocaдили в тюpьму, «умep», нe зaплaтив пo cчeтaм

Москва, 9 декабря 2025 года. В одну из столичных нейрореанимаций доставляют 33-летнюю женщину. Ее состояние врачи оценивают как крайне тяжелое. Закрытая черепно-мозговая травма, отек головного мозга, множественные гематомы. Чтобы спасти ей жизнь, нейрохирурги идут на экстренную трепанацию черепа — вскрывают черепную коробку, чтобы удалить гематому и снизить давление на мозг. Пациентка — Анжелика Тартанова, модель из Краснодара. Почти три недели она числилась в розыске как без вести пропавшая.

Так закончилась история любви, которая больше похожа на протокол из дела о домашнем насилии.

life.ru

Около полугода назад в жизни Анжелики появился 41-летний бизнесмен Дмитрий Кузьмин. Человек состоятельный, щедрый, владелец компании по строительству дорог. Он дарил дорогие подарки, возил на курорты. Казалось бы, замечательный мужчина.

Но Кузьмин был патологически ревнив. Он методично отрезал Анжелику от внешнего мира: запрещал общаться с родными, контролировал ее телефон и переписку. В своем личном дневнике, который позже найдут следователи, Анжелика оставит запись, которая вскрывает всю суть этих токсичных отношений. Она будет цитировать его слова о том, что он «не может есть, спать, дышать» без нее. Похоже ли это на любовь? Вряд ли.

В конце ноября 2025 года Анжелика перестала выходить на связь. Родственники, привыкшие к ее ежедневным звонкам, забили тревогу. Приехав в ее московскую квартиру, они обнаружили следующую картину. Внутри все выглядело так, будто хозяйка вышла на минуту: на столе лежали ее телефоны, документы, банковская карта. Рядом — наполовину собранные чемоданы. Она собиралась уезжать, но не уехала. Следов борьбы в квартире не было, но была одна странная деталь — ключи от квартиры лежали в почтовом ящике. И самое жуткое: кто-то читал входящие сообщения на ее телефоне, но не отвечал.

Почти три недели о ней не было ничего известно. А 9 декабря выяснилось, что все это время она находилась в реанимации, в коме, между жизнью и смертью.

radio1.ru

Следствие восстановило картину того дня. 22 ноября в квартире на Университетском проспекте между Анжеликой и Дмитрием Кузьминым произошла ссора. Он несколько раз ударил ее по голове. После этого она потеряла сознание. Скорую вызвал не он, а консьерж дома, куда Анжелика, придя в себя, смогла каким-то чудом дойти сама. Прежде чем снова потерять сознание, она успела назвать имя своего обидчика.

Кузьмин три недели находился в бегах. Когда его задержали, полиция возбудила уголовное дело по статье «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью». Но 17 декабря суд принял решение, которое вызвало шок у семьи и общественности. Учитывая тяжесть травм и то, что обвиняемый скрывался, логичным было бы заключение под стражу. Но Кузьмина отправили под домашний арест. Основанием стали медицинские документы, свидетельствующие о серьезных проблемах с сердцем.

Пока Анжелика заново училась говорить, вспоминать собственную жизнь и узнавать близких, дело шло своим чередом. Весной 2026 года стало известно, что она пошла на мировое соглашение с обвиняемым. Речь шла об оплате ее лечения и долгой, дорогостоящей реабилитации. Для женщины, чья работа и сама жизнь зависели от внешности и когнитивных функций, это был единственный шанс. Общественность, настроенная на показательное наказание, не поняла этого шага. Но Маргарита Грачева, женщина, которой муж отрубил кисти рук, прокомментировала это решение так: «Без договорённостей она рисковала не получить ничего».

И вот, в конце апреля этого года, в деле произошел последний, самый мрачный и удобный для всех поворот. Дмитрий Кузьмин скончался. По официальной версии, у него не выдержало сердце. Его адвокат заявил, что подзащитный «очень сильно переживал».

starhit.ru

Со смертью обвиняемого уголовное дело было прекращено. Для Анжелики это означало, что финансовая помощь, ради которой она пошла на сделку, прекратилась. А ее мучитель так и не предстал перед судом.

Но такая быстрая и удобная смерть человека, находящегося под домашним арестом по резонансному делу, немедленно породила конспирологические теории. Главный вопрос, который задавали в сети: а не была ли смерть инсценирована?

Возможно ли это технически? Адвокат Сергей Жорин, комментируя ситуацию, отметил, что домашний арест — это не СИЗО. Электронный браслет можно повредить и снять. Такие случаи бывали. Но для успешного побега нужны ресурсы: деньги, связи, новые документы.

Практически инсценировать смерть, по мнению эксперта, крайне сложно. Для государственной регистрации нужен либо осмотр тела медработником, либо решение суда. По резонансным делам всегда назначаются экспертизы. Поэтому версия об инсценировке остается в плоскости домыслов.

Но она идеально ложится в логику этого дела. Дела, в котором состоятельный бизнесмен с самого начала получал от системы преференции. Сначала — домашний арест вместо СИЗО. Затем — возможность заключить мировое соглашение, по сути, откупившись от тюрьмы. И в финале — смерть, которая прекращает дело и освобождает его от всех обязательств.

Для Анжелики Тартановой ничего не закончилось. Ее приговор — пожизненный. Ей предстоит еще одна операция по установке пластины на череп. Затем — годы реабилитации речи, памяти, моторики. И все это — в одиночку, без финансовой поддержки и с осознанием того, что справедливость так и не наступила. Система позволила ее мучителю уйти. Не важно, куда — в могилу или в новую жизнь под чужим именем. Главное — он ушел от ответа. А она осталась.