Я - жeнa, a нe пpиcлугa для вaших poдcтвeнникoв: в этoт paз я нaкpылa cтoл тoлькo для ceбя

Я - жeнa, a нe пpиcлугa для вaших poдcтвeнникoв: в этoт paз я нaкpылa cтoл тoлькo для ceбя

Свёкры приехали в воскресенье без предупреждения и сразу потребовали накрыть стол. Я посмотрела на них, потом на мужа и впервые за четыре года не пошла на кухню.

В тот день я приготовила обед только для себя.

С утра я собиралась разобрать шкаф в спальне и спокойно выпить кофе на балконе. На плите стояла небольшая кастрюля супа, в духовке запекалась картошка, а на столе лежала одна тарелка.

Только одна.

Я не ждала гостей. Не планировала никого угощать и не хотела проводить выходной у плиты, как делала почти каждую неделю.

В десять сорок пять зазвонил домофон.

Я подошла к трубке и услышала голос свёкра:

– Открывай, мы приехали.

Не «можно войти?». Не «вы дома?». Просто открывай.

Через минуту в прихожей уже стояли Николай Петрович и Валентина Сергеевна. Он держал пакет с хлебом, она снимала пальто и оглядывалась на кухню.

Мой муж Игорь вошёл следом, улыбаясь так, будто ничего необычного не происходило.

– Ну что ты стоишь? - спросила свекровь. - Давай накрывай.

Я закрыла дверь.

– Доброе утро.

– Какое доброе? Мы с дороги, голодные, - ответила Валентина Сергеевна. - Игорь говорил, что ты приготовишь мясо.

Я посмотрела на мужа.

– Ты говорил им, что я приготовлю?

– Ну а что такого? Они же не чужие.

– Я не знала, что они приедут.

– Теперь знаешь, - сказал Николай Петрович. - Поставь чайник и достань салаты.

Раньше я бы уже открывала холодильник. Снимала бы фартук, ставила на стол миски, разогревала мясо, резала хлеб и улыбалась, пока свёкры обсуждали, что я слишком медленно двигаюсь.

Но в этот раз я осталась стоять в прихожей.

– Обед готов только для меня.

Валентина Сергеевна нахмурилась.

– Что значит только для тебя?

– То и значит.

Игорь тихо рассмеялся.

– Не начинай. Это мои родители.

– Я знаю.

– Тогда накрой на стол.

– Нет.

В квартире стало тихо. Даже холодильник перестал гудеть, хотя, конечно, он продолжал работать.

Просто я впервые услышала эту тишину.

***

Свёкры приезжали почти каждые выходные. Иногда в субботу утром, иногда в воскресенье после обеда, но всегда без предупреждения.

Сначала я не возражала. Мы с Игорем поженились семь лет назад, и его родители приняли меня доброжелательно. Валентина Сергеевна говорила, что я хорошо готовлю, а Николай Петрович хвалил мой кофе.

Мне казалось, что они просто любят приходить в гости.

Потом я заметила одну деталь. В гости приезжали только тогда, когда ожидали полноценного обслуживания.

Если я болела, Валентина Сергеевна всё равно спрашивала:

– А суп есть?

Если у меня был отчёт на понедельник, Николай Петрович напоминал:

– Долго ты ещё за компьютером будешь сидеть? Мы приехали пообщаться.

Если я предлагала заказать еду, свекровь морщилась:

– Зачем тратить деньги, когда невестка дома?

Слово «невестка» она произносила с особой интонацией. Так называют человека, который должен быть полезным, но не считается равным членом семьи.

Первые месяцы я старалась соответствовать. Вставала пораньше, покупала продукты, готовила несколько блюд, пекла пироги.

Игорь при этом говорил, что очень мной гордится.

– Мама всем рассказывает, какая у меня хозяйственная жена.

Я улыбалась, хотя внутри хотелось спросить, почему он хвалит меня перед своей матерью, но ни разу не благодарит дома.

Со временем приезды стали похожи на обязательный ритуал. В пятницу вечером Игорь звонил родителям и сообщал:

– В воскресенье ждём вас.

Меня никто не спрашивал.

Я узнавала об этом, когда он ставил в холодильник продукты, купленные за мои деньги.

Однажды я попросила его предупреждать меня хотя бы за день.

– Зачем? Ты всё равно дома.

– У меня бывают планы.

– Какие?

– Отдохнуть. Поработать. Сходить куда-нибудь.

Он посмотрел на меня с недоумением.

– Ради этого ты отказываешься принять моих родителей?

Я не отказывалась. Я хотела, чтобы меня перестали считать бесплатным обслуживающим персоналом.

Но тогда ещё не умела произнести это вслух.

***

После того как я сказала, что обед приготовлен только для меня, свекровь сняла шарф и бросила его на спинку стула.

– Игорь, ты слышишь, что она говорит?

– Слышу, мама.

– Ты позволишь ей разговаривать со мной в таком тоне?

– Лена, ну правда, тебе сложно поставить ещё три тарелки?

– Тарелки поставить не сложно.

– Тогда в чём проблема?

– В том, что вы приехали без приглашения и сразу дали мне список обязанностей.

Николай Петрович фыркнул.

– Список обязанностей? Мы тебе кто, чужие люди?

– Нет. Вы родители моего мужа.

– А значит, семья.

– Семья сначала спрашивает, удобно ли принять гостей.

Валентина Сергеевна усмехнулась.

– В твоём возрасте уже можно быть гостеприимнее.

Мне было тридцать семь. Я работала в рекламном агентстве, сама оплачивала большую часть расходов по квартире и с утра до вечера решала чужие задачи.

Но свекровь считала, что мой возраст даёт ей право распоряжаться моим выходным.

Игорь снял куртку.

– Давай не будем устраивать сцену. Мама с папой приехали поесть.

– Пусть поедят в кафе.

– Мы не будем кормить родителей в кафе, когда у нас есть жена.

Я посмотрела на него.

– У вас есть сын. Он может приготовить.

Николай Петрович хмыкнул:

– Мужчина не обязан стоять у плиты.

– А жена обязана?

– Жена должна заботиться о семье.

– Тогда позаботься о своих родителях сам.

Игорь перестал улыбаться.

Валентина Сергеевна встала из-за стола.

– Ты совсем распустилась.

– Я просто не пошла на кухню.

– Нет, ты решила унизить старших.

– Я никого не унижала. Я не подала обед.

– Для нас это одно и то же.

Эта фраза многое объяснила.

Для них уважение означало тарелку с горячим мясом. Благодарность измерялась количеством салатов. А семейная близость начиналась там, где я молча надевала фартук.

Я прошла на кухню и достала свою тарелку.

На ней лежали картошка, кусок курицы и салат из свежих овощей.

Я поставила тарелку на стол, налила себе воды и села.

Игорь смотрел на меня так, будто я совершила нечто неприличное.

– Ты правда будешь есть одна?

– Да.

– При моих родителях?

– Они могут присоединиться, если сами приготовят.

Николай Петрович поднялся.

– Поехали, Валя.

– Я не уйду из-за её каприза.

– Это уже не каприз.

Свёкр впервые за всё утро посмотрел на сына.

– Ты сам приучил их к такому отношению.

Игорь резко повернулся к нему.

– К какому?

– К тому, что жена должна всё делать сама, а ты только приглашать гостей.

Свекровь взяла сумку.

На её лице появилось выражение обиды, которое я видела много раз. Но в этот раз я не стала его смягчать.

***

Когда дверь закрылась, Игорь остался в прихожей.

Он не кричал. Просто стоял и смотрел на меня.

– Ты довольна?

– Я пообедала.

– Я спрашиваю не об этом.

– Тогда уточни.

– Ты унизила моих родителей.

– Они приехали без предупреждения и потребовали, чтобы я их обслужила.

– Они не требовали.

– Николай Петрович велел поставить чайник. Валентина Сергеевна сказала, что я должна накрыть стол.

– Это обычные слова.

– Для тебя обычные.

Игорь прошёл на кухню и посмотрел на пустые стулья.

– Мама плачет.

– Ей неприятно, что я отказалась быть прислугой.

– Не смей так говорить о ней.

– Почему? Она сама сказала, что жена обязана заботиться о семье.

– Так и есть.

– О семье, Игорь. Не о любых людях, которые приезжают без звонка.

Он открыл холодильник.

– У нас даже еды им нет.

– Ты не купил продукты.

– Я думал, ты приготовишь.

– Именно это и есть проблема.

Игорь захлопнул дверцу.

– Ты стала холодной.

– Я стала уставшей.

– От чего?

– От того, что каждые выходные должна угадывать, сколько людей ты приведёшь и какие блюда понравятся твоей матери.

– Она никогда не просила чего-то особенного.

– Она просила первое, второе, салат, выпечку и чистое бельё в гостевой комнате.

– Потому что мы принимаем родителей.

– Принимаешь их ты. Я обслуживаю.

Он сжал губы.

– Я мужчина. Я не умею готовить.

– Научиться можно.

– У меня работа.

– У меня тоже.

– Но ты женщина.

Вот оно. Короткое объяснение всех семи лет брака.

Не время. Не усталость. Не семейные обстоятельства.

Просто я женщина.

Поэтому должна.

***

В тот вечер Игорь ушёл к родителям. Я осталась одна и впервые за долгое время не стала звонить ему первой.

В понедельник на работе я рассказала всё Оксане, своей коллеге. Она выслушала меня, а потом спросила:

– А сколько ты тратишь на эти приезды?

– Не знаю.

– Посчитай.

Я открыла банковское приложение и начала просматривать чеки. Продукты, мясо, рыба, сладости, напитки, бытовая химия, доставка цветов для свекрови на день рождения.

Оксана стояла рядом и молча смотрела на экран.

За один месяц на визиты его родителей уходило около двадцати тысяч рублей. Это были не только продукты. Я покупала новые полотенца, стирала постельное бельё, оплачивала такси, когда свёкры приезжали поздно вечером, и несколько раз брала отгул после их визитов, потому что не успевала подготовиться к рабочей неделе.

За год сумма получалась значительной.

Но деньги оказались не самым неприятным открытием.

Я подняла старые переписки и нашла сообщения Игоря матери.

«Лена в воскресенье приготовит утку».

«Скажи папе, чтобы приехал пораньше, она успеет испечь пирог».

«Не покупайте продукты, у нас всё будет».

Я читала эти фразы и понимала: свёкры действительно могли считать, что я сама согласилась на роль хозяйки.

Игорь заранее обещал им моё время.

Оксана спросила:

– Ты ему показывала, что тебе тяжело?

– Да.

– И что он отвечал?

– Что я преувеличиваю.

– А теперь что будешь делать?

Я закрыла ноутбук.

– Приготовлю сюрприз.

Оксана улыбнулась.

– Какой?

– Такой, который они запомнят.

Я не хотела устраивать скандал. Мне не нужно было кричать или выгонять людей за дверь.

Я хотела, чтобы каждый наконец увидел свою часть ответственности.

***

В пятницу Игорь вернулся с двумя пакетами продуктов.

Я посмотрела внутрь. Там были мясо, овощи, сыр и дорогой торт.

– Родители приедут в воскресенье, - сообщил он.

– Я знаю.

– Мама просила голубцы. Папа любит запечённую рыбу.

– Хорошо.

Он насторожился.

– Ты приготовишь?

– Нет.

– Мы это уже обсуждали.

– Да. И я поставила условие.

– Какое?

– Если твои родители приезжают, ты сам готовишь и убираешь.

Игорь рассмеялся.

– Ты серьёзно?

– Полностью.

– Я не умею.

– Значит, закажи еду.

– Это дорого.

– Дороже, чем твоя жена, которая тратит весь выходной бесплатно?

Он поставил пакеты на стол.

– Ты специально хочешь наказать меня.

– Нет. Я хочу, чтобы ты участвовал в приёме гостей.

– Но это мои родители.

– Именно.

– Мама не станет есть доставку.

– Тогда пусть приготовит сама.

Игорь посмотрел на меня с раздражением.

– Ты не можешь так разговаривать.

– Могу.

– А если я позвоню ей и скажу, что ты больше не хочешь их видеть?

– Скажи правду. Я не хочу, чтобы они приезжали без предупреждения и требовали обслуживания.

Он ушёл в спальню, хлопнув дверью.

Я не стала убирать продукты. Поставила их в холодильник и занялась своей работой.

Через час пришло сообщение от Валентины Сергеевны:

«Игорь сказал, что ты опять недовольна. Мы приедем в воскресенье, не переживай».

Я ответила:

«Приезжайте. Но стол будет накрывать тот, кто вас пригласил».

Свекровь прочитала сообщение.

Ответа не последовало.

***

В воскресенье я проснулась поздно. Это уже было необычно.

Обычно в семь утра я стояла у плиты, а к девяти на кухне остывали первые блюда. В этот раз я спокойно приняла душ, надела платье и нанесла немного макияжа.

Игорь проснулся в десять.

– Ты ничего не приготовила?

– Нет.

– Родители будут через час.

– Тогда у тебя есть час.

Он подошёл к холодильнику и открыл дверцу.

– Здесь всё лежит.

– Я вижу.

– Приготовь.

– Нет.

– Ты издеваешься?

– Я выполняю наше условие.

Игорь вытащил пакет с мясом.

– Я не знаю, что с этим делать.

– В интернете есть рецепты.

– Ты специально ставишь меня в глупое положение.

– Нет. Ты сам семь лет говорил, что мужчина не обязан готовить. Сегодня проверим, действительно ли это правило работает в твою пользу.

Он бросил мясо обратно в холодильник.

– Мама всё поймёт.

– Надеюсь.

В одиннадцать двадцать зазвонил домофон.

Игорь вздрогнул.

– Они приехали.

– Открой.

– Ты не будешь встречать?

– Это не мои гости.

Он подошёл к двери, поправил рубашку и открыл замок.

– Мы приехали! - громко сказала Валентина Сергеевна.

Николай Петрович вошёл следом и сразу направился к кухне.

– Что так тихо? Где запах еды?

Я сидела в гостиной с книгой.

– Добрый день.

Свекровь посмотрела на меня, потом на пустой стол.

– Ты ещё не накрыла?

– Нет.

– А что ты делала всё утро?

– Отдыхала.

Николай Петрович оглянулся на сына.

– Игорь?

Муж стоял у холодильника с видом человека, которому предложили собрать сложный шкаф без инструкции.

– Сейчас всё будет.

– Вот и хорошо, - сказала свекровь. - Давай, Лена, мы голодные.

Я закрыла книгу.

– Сегодня готовит Игорь.

Валентина Сергеевна замерла.

– Что?

– Ваш сын пригласил вас. Он и будет накрывать.

– Ты серьёзно?

– Да.

– Но он мужчина.

– А вы его мать. Наверняка сумеете пережить один обед, приготовленный сыном.

Николай Петрович кашлянул, скрывая улыбку.

Игорь бросил на меня испуганный взгляд.

– Лена, хватит.

– Условие было озвучено заранее.

– Мы не договаривались при них.

– Я написала твоей матери в сообщении.

Валентина Сергеевна достала телефон и быстро пролистала экран.

Её лицо стало напряжённым.

– Ты решила выставить меня беспомощной?

– Нет. Я решила перестать быть беспомощной сама.

***

Игорь всё-таки пошёл на кухню. Он открыл упаковку с мясом, несколько минут смотрел на неё, потом позвонил своей сестре.

– Алёна, как запечь свинину?

Я сидела в гостиной и слышала каждое слово.

Свекровь шептала мужу:

– Она специально это делает.

Николай Петрович ответил:

– Раз уж приехали, надо хотя бы попробовать.

Игорь включил воду, уронил крышку от кастрюли и громко выругался.

Я не пошла помогать.

Это было самое трудное. Привычка подталкивала меня встать, взять нож, объяснить, где лежат специи, и спасти обед.

Но я осталась в кресле.

Через двадцать минут Игорь вышел из кухни.

– Где соль?

– На полке.

– Какая?

– В белой банке.

– А фольга?

– В нижнем ящике.

– Какую температуру поставить?

– Посмотри рецепт.

Он вернулся к плите.

Валентина Сергеевна наблюдала за мной.

– Ты могла бы ему помочь.

– Могла.

– Но не хочешь.

– Верно.

– Что ты хочешь доказать?

– Ничего. Я хочу, чтобы его родители увидели, как выглядит наш обычный выходной без моей работы.

Она отвернулась.

Через час на столе появилась еда. Мясо оказалось суховатым, картошка недопеклась, а салат Игорь нарезал слишком крупно.

Но все сели за стол.

Я поставила перед собой тарелку с тем же супом, который приготовила утром.

Свёкры молчали.

Игорь разлил чай.

– Ну вот. Ничего страшного не случилось.

– Для тебя, может быть, - сказала я.

– Обед есть.

– Да. Потому что ты сам его приготовил.

Николай Петрович попробовал мясо и кивнул.

– Вполне нормально.

Валентина Сергеевна положила вилку.

– Я не понимаю, зачем устраивать такой спектакль.

– Потому что раньше спектакль устраивала я, - ответила я. - Вы приезжали, садились за стол и делали вид, что еда появляется сама.

Игорь посмотрел на меня.

– Мама не обязана благодарить тебя за каждый обед.

– Я не жду благодарности. Я жду уважения к моему времени.

– Ты могла просто сказать.

– Я говорила. Много раз.

Николай Петрович поставил вилку.

– Валя, хватит.

Свекровь замолчала.

Он повернулся ко мне.

– Лена, мы действительно привыкли, что ты всё сделаешь.

– Я знаю.

– Игорь говорил, что тебе не трудно.

– Игорь не спрашивал.

Муж покраснел.

– Я не думал, что всё настолько серьёзно.

– Ты не думал, потому что тебе было удобно.

Валентина Сергеевна вздохнула.

– Хорошо. Мы больше не будем приезжать без звонка.

Я не поверила сразу.

– И не будете ожидать, что я буду готовить для всех?

– Если заранее не договоримся.

– Договоримся оба, а не вы с Игорем между собой.

Свекровь кивнула, но выглядела недовольной.

Зато Николай Петрович впервые улыбнулся.

– А суп можно попробовать?

Я посмотрела на него.

– Можно. Но тарелку возьмёте сами.

Он встал и действительно достал тарелку.

Это был маленький жест. Но именно с него начались перемены.

***

После их ухода Игорь долго сидел на кухне.

Мой муж выглядел уставшим. Не от готовки, а от того, что впервые столкнулся с последствиями собственных решений.

– Ты могла не доводить до этого, - сказал он.

– Могла. Я семь лет не доводила.

– Родители теперь думают, что я не могу обеспечить их нормальным приёмом.

– Ты не обязан обеспечивать им приём каждое воскресенье.

– Они рассчитывают на нас.

– Они рассчитывали на меня.

Игорь провёл рукой по лицу.

– Я действительно не понимал, сколько ты делаешь.

– Ты видел.

– Видеть и понимать не одно и то же.

– Тогда что ты теперь понимаешь?

Он посмотрел на пустые тарелки.

– Что приглашал родителей, потому что знал: ты всё организуешь.

– Да.

– И что тебе было проще согласиться, чем спорить со мной.

– Тоже да.

Он молчал.

– Я думал, что семейный обед не может быть проблемой.

– Один обед не проблема. Проблема в том, что ты считал мою работу обязанностью и заранее обещал её другим людям.

Игорь кивнул.

– Я позвоню маме и скажу, чтобы она больше не приезжала без предупреждения.

– Скажи ей, что если она приезжает, то мы заранее обсуждаем время и формат.

– Формат?

– Кто готовит, кто покупает продукты, кто убирает.

– Ты хочешь расписание для родственников?

– Я хочу договорённости вместо приказов.

Он усмехнулся.

– Ты стала очень деловой.

– Я работаю. Это полезный навык.

В тот вечер Игорь впервые сам вымыл посуду. Не идеально, но без просьб.

Я не стала хвалить его за базовую вещь. Просто заметила, как вода шумела в раковине, и продолжила читать.

***

Через две недели свёкры снова позвонили.

Не приехали. Позвонили.

Валентина Сергеевна спросила:

– Мы можем приехать в субботу?

Я посмотрела на календарь.

– В субботу у меня работа. В воскресенье после двух часов.

– Мы хотели к обеду.

– Тогда приготовит Игорь.

На другом конце провода возникла пауза.

– Он умеет только мясо запекать.

– Значит, будет мясо.

– А салаты?

– Каждый принесёт по одному блюду.

Свекровь вздохнула.

– Ты всё распределила.

– Я предложила.

– Хорошо. Я принесу пирог.

– Договорились.

Игорь в этот момент стоял у двери и слышал разговор.

– Ты согласилась?

– Да.

– Мама принесёт пирог?

– Да.

– А что приготовлю я?

– Можешь спросить сам.

Он взял телефон.

– Мам, а вы хотите рыбу или мясо?

Я улыбнулась, но отвернулась к окну.

Постепенно обычай начал меняться. Свёкры приезжали реже, а перед визитом звонили. Николай Петрович приносил овощи со своей дачи, Валентина Сергеевна пекла пироги, Игорь готовил горячее.

Я тоже готовила, но только когда хотела.

Если уставала, мы заказывали еду. Если планировала поездку, никто не говорил, что я обязана отменить её ради семейного стола.

Однажды Валентина Сергеевна сама убрала со стола и поставила посуду в раковину.

– Не привыкла я к этому, - призналась она.

– Я тоже.

Она посмотрела на меня.

– Ты долго терпела.

– Да.

– Почему не поставила условие раньше?

Я пожала плечами.

– Думала, что хорошая жена должна быть удобной.

– А теперь?

– Теперь думаю, что хорошая семья должна быть честной.

Свекровь ничего не ответила.

Но больше никогда не называла меня капризной.

***

Через месяц после того воскресенья Игорь предложил устроить семейный обед у его родителей.

– Мама сказала, что приготовит сама.

– А папа?

– Обещал накрыть стол.

– А ты?

– Я принесу десерт.

– А я?

Игорь улыбнулся.

– Ты можешь просто прийти.

Я посмотрела на него.

– Без фартука?

– Без фартука.

– И без списка блюд?

– Без списка.

– И никто не будет спрашивать, почему я не помыла посуду?

– Никто.

Мы приехали к свёкрам в воскресенье. Валентина Сергеевна действительно приготовила обед, Николай Петрович достал из шкафа тарелки, а Игорь принёс цветы.

Я сидела за столом и чувствовала себя гостьей. Не обслуживающим персоналом, не хозяйкой по вызову, не женщиной, которая должна заслужить место в семье количеством приготовленных блюд.

Просто гостьей.

После обеда свекровь принесла чай.

– Лена, будешь?

– Буду.

Она поставила передо мной чашку и тихо сказала:

– Я поняла, что привыкла к твоей заботе, будто она мне положена.

– Спасибо, что сказали.

– Мне нелегко признаться.

– Мне тоже было нелегко сказать.

Николай Петрович усмехнулся.

– Сильная у нас невестка.

Игорь посмотрел на меня.

– И жена.

Я не стала отвечать. Просто взяла чашку.

Иногда человеку нужно не большое признание, а изменение поведения. Слова важны, но тарелки, которые наконец убирают за собой, говорят убедительнее.

***

Сейчас я всё ещё готовлю семейные обеды. Только теперь не каждую неделю и не по первому требованию.

Если свёкры хотят приехать, они звонят заранее. Если я занята, они переносят визит. Если готовит Игорь, он не считает это подвигом и не требует благодарности за каждую нарезанную морковь.

Я больше не держу в холодильнике запас продуктов на случай внезапного приезда. Не покупаю дорогие блюда заранее и не отменяю свои планы, если кто-то решил, что воскресенье принадлежит ему.

В прихожей висит небольшой календарь. В нём мы отмечаем семейные встречи, работу, поездки и дни отдыха.

Мой муж сначала смеялся над этим календарём.

Потом сам начал спрашивать:

– На какую дату записываем родителей?

И это было важнее, чем его прежние обещания «я сам всё объясню».

Я часто вспоминаю тот первый обед, когда поставила на стол одну тарелку. Мне было страшно. Я боялась, что свёкры назовут меня эгоисткой, а Игорь обвинит в разрушении семьи.

Но семья не разрушилась.

Разрушилась только привычка пользоваться моей добротой без спроса.

Каждая женщина имеет право на выходной, на тишину и на еду, которую не нужно отдавать людям, приехавшим без приглашения. Это не делает её плохой женой или неблагодарной невесткой.

Можно любить родственников мужа и не быть их прислугой.

Можно накрыть стол и попросить помочь.

Можно приготовить только для себя, если весь мир привык, что вы обслуживаете его молча.

В тот день я поставила перед собой одну тарелку. Для них это выглядело как сюрприз.

Для меня это стало первым честным решением за много лет.

Я не хотела наказать свёкров голодом.

Я хотела накормить уважением тех, кто привык получать только еду.

И, похоже, угощение получилось.

Теперь, если мои свёкры приезжают, они сначала звонят.

А если я открываю дверь, то делаю это не потому, что обязана.

Просто потому, что сама решила их впустить.