shedevrum.ai
Oдин их зaпaх убивaл вpaгa нa пoвaл: кaк этoт уникaльный дecaнт зaчищaл вpaгa нa нeвидимoм фpoнтe Лeнингpaдa
Весной 1943 года на один из ленинградских вокзалов прибыл особенный эшелон. Его ждали. У вагонов выстроилась огромная очередь — люди стояли часами, несмотря на холод и усталость. Но везли в этом составе не муку, не крупу, не медикаменты. В четырёх вагонах ехали они — дымчатые, тощие, голодные. Кошки.
Зачем блокадному городу, где каждый кусок хлеба на счету, понадобились животные? Почему за них платили по пятьсот рублей при зарплате в сто пятьдесят? И почему этих пассажиров специально не кормили всю дорогу?
Ответ — в истории, которая началась годом раньше. Когда в Ленинграде не осталось ни одной кошки. И город начал проигрывать войну. Не немцам. Крысам.
ixbt.com
Город без кошек
К концу 1941 года в Ленинграде не стало почти ни одной домашней кошки. Уличных не осталось вовсе. А крысы, лишившись естественных врагов, расплодились в невероятных количествах. Они пробирались в квартиры, на склады, в больницы. Уничтожали последние крохи продовольствия, прогрызали стены и перекрытия, угрожали эпидемиями.
Боролись с ними как могли. Создавали специальные бригады, расстреливали, давили танками — ничего не помогало. Трамваи останавливались, чтобы не врезаться в живую массу, перетекавшую через рельсы. Блокадница Кира Логинова вспоминала: «Тьма крыс длинными шеренгами во главе со своими вожаками двигались по Шлиссельбургскому тракту прямо к мельнице, где мололи муку для всего города. Это был враг организованный, умный и жестокий».
23 сентября 1942 года председатель Исполкома Ленгорсовета Пётр Попков направил в продовольственную комиссию Военного совета Ленфронта письмо «О мероприятиях по борьбе с грызунами». В нём говорилось: «За последние месяцы увеличились жалобы на обилие грызунов, а в пищевой промышленности и торговой сети — на значительную порчу и потраву продуктов, причиняемую грызунами». Среди причин называлось «почти полное отсутствие в городе кошек и собак, игравших весьма важную роль в борьбе с грызунами».
Спасти удалось единицы. Самая известная история — кот Максим из семьи Веры Вологдиной. Во время блокады Вера жила с мамой и дядей. Кроме Максима, у них был попугай Жаконя. Дядя требовал пустить кота на еду, но женщины защищали питомца. Однажды, вернувшись домой, они увидели, что Максим и Жаконя спят, прижавшись друг к другу в клетке, — так они спасались от холода. После этого дядя оставил кота в покое. Жаконя позже погиб от голода, а Максим выжил. После войны в квартиру Вологдиных водили экскурсии — посмотреть на кота, пережившего блокаду. Он умер в 1957 году в возрасте двадцати лет.
Ярославский десант
Весной 1943 года, сразу после прорыва блокады, председатель Ленсовета подписал постановление: срочно доставить из Ярославской области дымчатых кошек. Именно дымчатые считались лучшими крысоловами. Ярославцы выполнили стратегический заказ — отловили нужное количество животных и отправили в Ленинград четыре вагона пушистого десанта.
Всю дорогу кошек специально не кормили — чтобы, прибыв на место, они немедленно принялись за охоту. Чтобы животных не разворовали, эшелон шёл под усиленной охраной. Как только вагоны прибыли на ленинградский вокзал, моментально выстроилась очередь желающих получить кошку. Часть животных выпустили прямо на вокзале, остальных раздали горожанам.
Цена на взрослого кота в те дни достигала пятисот рублей — при зарплате рядового работника около ста пятидесяти. Котёнка позже можно было выменять на хлеб.
нвремя.рф
Ярославские крысоловы принялись за дело. Они несли потери — крысы в блокадном городе были крупными, агрессивными, организованными. Но кошки не отступали. Постепенно, квартал за кварталом, подвал за подвалом, они выдавливали грызунов из продовольственных складов, больниц, жилых домов.
Один их запах убивал врага на повал
Оказалось, кошки работали не только когтями и зубами. Специалисты по дератизации позже подтвердили: сам запах, исходящий от котов, действует на крыс угнетающе. Там, где поселился кот, грызуны стараются не появляться без крайней необходимости. Усатый боец даже без единой схватки уже держал оборону. Этот невидимый фронт оказался не менее важен, чем прямые столкновения: один только кошачий дух заставлял крысиные стаи обходить охраняемые склады стороной. Так «мяукающая дивизия» зачищала врага на невидимом фронте — тихо, незаметно, но невероятно эффективно.
Сибирское подкрепление
Однако четырёх вагонов не хватило. Крысиная популяция была слишком велика. И тогда в Ленинград отправили второй эшелон — на этот раз из Сибири. Тюмень, Омск, Иркутск — люди сами приносили своих питомцев на сборные пункты, отрывая от сердца, чтобы помочь ленинградцам. Многие хотели внести свой вклад в спасение города.
В общей сложности в Ленинград прибыло около пяти тысяч кошек. Новоприбывших распределили по подвалам Эрмитажа и других музеев, дворцов, складов. Сибирским котам выпала особая миссия — спасти от грызунов культурные ценности. На этот раз крысы были уничтожены полностью. Город был спасён от эпидемий, а остатки продовольствия — от разграбления.
мыкерчь.рф
Память
pikabu.ru
Среди военных легенд есть одна — о рыжем коте, жившем при зенитной батарее. Солдаты прозвали его «Слухач» за удивительную способность предсказывать воздушные налёты. Задолго до того, как срабатывали сирены, кот начинал беспокоиться, мяукать и метаться. Причём на советские самолёты он не реагировал. Командование батареи настолько ценило своего пушистого разведчика, что выделило ему персональный паёк и даже приставило солдата для охраны.
Сегодня в Петербурге несколько памятников, посвящённых блокадным кошкам. На Малой Садовой улице установлены скульптуры кота Елисея и кошки Василисы. Елисей сидит на карнизе напротив, а Василиса прогуливается по фасаду соседнего дома.
В 2016 году во дворе дома №4 на улице Композиторов появилась скульптурная группа: бронзовая кошка сидит на стульчике под торшером. На табличке надпись — памятник установлен в честь кошек блокадного Ленинграда. Инициатором выступило ТСЖ «Композиторов, 4», работы выполнялись на средства жильцов. Жители дома рассказывают, что после появления скульптуры во двор стали чаще заглядывать уличные коты.
В Тюмени, в Сквере сибирских кошек, установлены гранитные тумбы с двенадцатью чугунными фигурками. Котики прыгают, чешут ушко, спят — это памятник тем самым сибирским крысоловам, которые когда-то отправились спасать Ленинград. Проект создала Марина Альчибаева.
В Эрмитаже по сей день живут потомки тех самых сибирских котов. Они официально трудоустроены, имеют пспорта с фотографиями и должность — специалисты по борьбе с грызунами. В 1998 году музей учредил День эрмитажного кота. А в 2013 году режиссёр Максим Злобин снял фильм «Хранители улиц», посвящённый ярославской «мяукающей дивизии».
0 коммент.:
Отправить комментарий