Эcэcoвeц вытянул pуку и пуcтил пулю мaльчишкe в лицo: чepeз 22 гoдa paccтpeлянный шaгнул в кocмoc

tass.ru

Эcэcoвeц вытянул pуку и пуcтил пулю мaльчишкe в лицo: чepeз 22 гoдa paccтpeлянный шaгнул в кocмoc

В 1942 году в оккупированном Воронеже эсэсовский офицер хладнокровно приказал расстрелять 15-летнего подростка. Пацан был в худых ботинках и заплатанной телогрейке, он не просил пощады, а просто смотрел на дуло пистолета. Фашист выстрелил. Мальчик упал, истекая кровью, а эсэсовцы ушли, оставив ребёнка умирать. Но он выжил. А через два десятка лет он первым в мире шагнул в космос на корабле, созданном им самим...

Мальчишка, который знал, чего хочет

Все перевернула одна книга. Десятилетнему Косте попала в руки тоненькая брошюра «Межпланетные путешествия». Схема двигателя, схема ракеты — понятно и увлекательно. Уже тогда он решил: вырасту — займусь космическими аппаратами. В четвертом классе поспорил с одноклассником, что полетит в космос в 1964 году. Прикинул на пальцах: школа, институт, годы исследований — выходило аккурат к шестьдесят четвертому. Детская шутка обернулась пророчеством.

Июнь 1941-го отодвинул небо на задворки. Старший брат Борис, тот самый, что притащил заветную книжку, отправился на фронт и пропал без вести в Вяземском «котле». А 15-летний Костя вместо эвакуации пробрался в штаб гарнизона и упросил дежурного офицера взять его в разведку. Так он сделался разведчиком оперативной группы НКВД.

culture.ru

Пятый рейд

Четырежды он пересекал передовую. Изображал беспризорника, высматривал, где стоят вражеские части, где штабы, где батареи. И возвращался с донесениями. Пятый рейд, 11 августа 1942 года, происходил в его родном Воронеже. На перекрестке его остановил эсэсовский патруль. Офицер с молниями в петлицах вцепился парню в руку, крича «рус шпион, партизан», и втащил во двор.

Там, у глубокой ямы, ему скомандовали встать к ней спиной. Феоктистов навсегда запомнил подробность: немец вытащил не «вальтер» и не «парабеллум», а советский ТТ. Снял с предохранителя, размахивал пистолетом перед лицом. Потом вытянул руку и спустил курок. «Я не успел испугаться, увидел только мушку на стволе», — рассказывал он потом.

Пуля прошла через подбородок и шею навылет. Феоктистов покатился в яму, на миг потерял сознание. Очнувшись, притворился мертвым. Немцы постояли, ушли. И тогда, захлебываясь кровью, он залез в мусорный контейнер и просидел там до сумерек. Ночью выбрался, переплыл реку и двое суток пробирался к своим. Дошёл. Сдал разведданные — и только тогда позволил себе рухнуть.

Врачи констатировали: пуля прошила мягкие ткани, не задев жизненно важные артерии. Говорить и пить первое время было почти невозможно, но всё это считалось мелочью. Он остался жив.

«Упрямец и фанатик»

За госпиталем последовала эвакуация в узбекский Коканд. Там он на отлично окончил среднюю школу, а потом отправился в Москву, в МВТУ имени Баумана. В 1949 году Феоктистов получил диплом инженера-механика и попал в оборонный НИИ-4, где стажировался у пионера ракетной техники Михаила Тихонравова. Вскоре его заметили и перевели в ОКБ-1 к Сергею Королёву.

Борис Черток, соратник Королёва, отзывался о нём так: «На всем протяжении работ по проектированию пилотируемых кораблей — от «Востоков» до «Союзов» — он проявил себя самым «быстрым разумом» из наших проектантов». Феоктистов приложил руку к первому искусственному спутнику Земли, проектировал «Востоки», а потом стал ведущим разработчиком «Восхода» — первого многоместного космического судна.

Задумка запустить на орбиту сразу трёх человек исходила от Хрущёва. Задача выглядела невыполнимой: втиснуть троих в кабину, рассчитанную на одного. Феоктистов предложил пожертвовать катапультируемыми креслами и скафандрами — иного способа разместить экипаж не существовало. Риск был чудовищный: случись авария на старте, у космонавтов не осталось бы ни единого шанса. Королёв, изучив расчёты, произнёс: «Вот вам задание. Вместо одного здесь надо разместить троих».

Когда формировали экипаж, начальник Центра подготовки космонавтов генерал Каманин возражал против кандидатуры Феоктистова — слишком слабое здоровье, возраст уже под сорок, да и не военный человек.

Но Королёв, ценивший инженерный талант своего сотрудника превыше анкетных данных, настоял на его включении в экипаж. Так бывший разведчик, чудом избежавший расстрела, стал первым гражданским специалистом, допущенным к полёту, и единственным за всю историю советской космонавтики беспартийным космонавтом.

lenta.ru

«Полет на «Восходе» был отдыхом»

12 октября 1964 года «Восход-1» ушёл в небо с Байконура. Командир — Владимир Комаров, врач — Борис Егоров, научный сотрудник — Константин Феоктистов. На борту они находились без скафандров, в лёгких тренировочных костюмах. Кабина — тесная, на скорую руку переделанная из одноместной. Вместо катапульты — три простых кресла, развёрнутых на девяносто градусов. Вместо полноценной приборной панели — то, что получилось впихнуть. Запаса кислорода — едва на день.

lenta.ru

Сам Феоктистов потом писал: «Полет на «Восходе» в известной степени был отдыхом от работ по «Союзу». Хотя главным, конечно, было желание почувствовать самому, что это такое — полет, невесомость, как там себя чувствуешь, как работать».

Сутки и 17 минут полёта. Шестнадцать витков вокруг Земли. Мягкая посадка в казахстанской степи. Когда поисковая группа доложила, что экипаж цел и невредим, Королёв, по свидетельству очевидцев, выдохнул: «Неужели все кончено, и экипаж вернулся из космоса без царапин? Никогда бы никому не поверил, что из «Востока» можно сделать «Восход» и трём космонавтам слетать на нём в космос».

Конструктор навсегда

После триумфа Феоктистов не страдал звёздной болезнью, не остался в отряде космонавтов ради парадных должностей, а вернулся к чертёжной доске. Он стал ведущим разработчиком «Союзов», «Прогрессов», орбитальных станций «Салют» и «Мир». Характер, закалённый в разведке и во дворе на Сакко и Ванцетти, никуда не делся — он оставался упрямым, принципиальным, иногда неудобным. Но именно это и позволяло ему десятилетиями двигать вперёд отечественную космонавтику.

В 1990 году он покинул НПО «Энергия», оставив за спиной то, что начинается со слова «первый». В 2009 году Героя Советского Союза не стало.

Память, у которой нет границ

Память об этом легендарном человеке запечатлена не только на Земле — на обратной стороне Луны носит его имя кратер.

А ещё, спустя годы память о таких людях, как Константин Феоктистов, вознеслась туда, куда он сам прокладывал путь — на околоземную орбиту.

Как это могло случиться?

7 мая, накануне Дня Победы, Госкорпорация «Роскосмос» совместно с ООД «Бессмертный полк России» организовала патриотическую акцию на борту Международной космической станции. Российские космонавты — Герои России Сергей Кудь-Сверчков, Андрей Федяев и Сергей Микаев — подняли на орбите портреты ветеранов: своих родственников-фронтовиков. Они записали видеообращение с борта станции и рассказали о тех, кто защищал Родину в годы Великой Отечественной.

nakanune.ru

В тот день на орбите вспоминали и легендарных космонавтов, чья юность пришлась на военное лихолетье. Константин Феоктистов — в их числе.

В руках Сергея Кудь-Сверчкова был портрет и Кирилла Матвеевича Иванова — отца автора идеи «Бессмертного полка» Геннадия Иванова, с которого в 2007 году в Тюмени началась эта всенародная акция.

Космонавты подчеркнули: наша память о Великой Победе не имеет границ. И то, что имена героев-фронтовиков, ставших покорителями космоса, звучали на орбите, подтверждает эту истину без всяких оговорок. Мальчишка — разведчик из воронежской ямы, которого эсэсовец посчитал мёртвым, когда-то шагнул в космос. А сегодня память о нём и миллионах других героев проносится над Землёй как символ несломленной воли нашего народа!