Тaк и нe пpocтилa

Тaк и нe пpocтилa

— Выходи на работу, Лиль. А я с твоей дочкой сама сидеть буду! И тебе хорошо, и мне занятие.

— Мам, ты себя слышишь? — Лиля прижала к себе пятимесячную дочку. — Алинке всего пять месяцев, какая работа?

Я прошу тебя просто помочь мне хотя бы изредка — посидеть с ней два-три часа пару раз в неделю, чтобы я могла просто сходить к врачу, в аптеку или элементарно выспаться!

Я безумно устаю.

— Или так, или никак, Лиля, — отрезала мать, садясь на диван. — Я не собираюсь размениваться на твои два часа.

Приехать, уехать — только время тратить.

Если сидеть с ребенком — то полноценно, на весь день. А ты возвращайся в свой офис, ты же у нас карьеристка, вот и зарабатывай.

А материнство свое пока на полку положи.

— Я не хочу, чтобы моего ребенка воспитывала бабушка вместо матери.

Ребенку в таком возрасте нужна мама, ее тепло, ее забота.

Бабушка должна просто помогать молодой маме, а не заменять ее!

Тем более ты моя родная мать, а не чужая тетка.

Почему у тебя нужно вымаливать обычную человеческую помощь?

— Ой, посмотрите на нее, какая неженка! — Анна Степановна закатила глаза и пренебрежительно фыркнула. — В мое время на помощь мамы никто вообще не рассчитывал!

Сами растили, и ничего, живы-здоровы остались.

Я прекрасно обходилась без помощи своей матери, которая жила за триста километров от нас и тебя впервые увидела только в полтора года, когда я сама привезла внучку к ним в деревню.

И никто не жаловался, не ныл, что устал!

Лиля стиснула зубы.

Ей безумно хотелось ответить, что в наше время многие старики тоже обходятся без помощи своих выросших детей — сами, с палочками и ходунками плетутся в магазин за хлебом, сами для себя готовят и сами за собой убирают, но…

Она решила не обострять и без того натянутые отношения.

— Хорошо, мама, я тебя поняла, — тихо сказала Лиля, унося спящую Алинку в детскую кроватку. — Помощи от тебя не будет.

Вопрос закрыт.

— Вот и отлично, — донеслось ей вдогонку. — Сама кашу заварила, сама и расхлебывай.

Родители, конечно, могут иногда подкинуть деньжат на подгузники, но нянчиться с утра до вечера на твоих условиях я не нанималась!

Когда мать ушла, на душе у Лили стало пусто и горько.

Муж ее, Олег, много работал, старался обеспечить семью, и Лиля не хотела нагружать его домашними заботами сверх меры.

Родители Олега жили в другом городе, и рассчитывать приходилось только на себя.

Но больше всего Лилю ранило отношение собственной матери. Почему она отказывается помочь?

***

Вечером, когда Олег вернулся с работы, Лиля поделилась с ним своими переживаниями.

— Я сегодня опять с мамой разговаривала, — устало вздохнула она, накладывая ему ужин. — Попросила ее посидеть с Алинкой в четверг, мне к стоматологу нужно.

И знаешь, что она мне выдала?

— Что на этот раз? — Олег нахмурился. — Опять лекцию прочитала о том, как они в СССР без стиральных машин справлялись?

— Хуже. Она предложила мне выйти на работу, чтобы она полностью забрала Алинку себе.

А когда я отказалась, начала попрекать меня тем, что ей в свое время никто не помогал.

Я не понимаю, откуда сейчас взялась эта странная мода — перекладывать младенцев на мужей в декрете или на бабушек?

Ребенку в первую очередь нужна мать!

А близкие должны просто поддерживать, подставлять плечо.

— Лиль, ну это же бред, — Олег обнял жену за талию. — Алинка слишком маленькая. Какая работа?

Мы ведь финансово справляемся, я стараюсь.

Зачем тебе сейчас этот стресс?

— Вот и я о том же, — Лиля прижалась к мужу. — Но знаешь, у меня внутри есть нехорошее предчувствие.

Мне кажется, согласись я на ее предложение, через месяц мама вспомнила бы, сколько денег она теряет, сидя дома, и потребовала бы от нас оплачивать ее услуги по тарифу профессиональной няни.

— Очень даже возможно, — согласился Олег. — Твоя мама всегда умела считать деньги, особенно чужие.

Ладно, не переживай.

К стоматологу я сам тебя отвезу в субботу, побуду с малышкой. Обойдемся без ее помощи.

Следующим вечером Лиле позвонил отец. Михаил Петрович человеком был мягким, бесконфликтным, и очень любил дочь.

— Лилечка, привет. Как там наша внученька? Растет?

— Растет, папочка, — улыбнулась Лиля. — Зубки вот резаться начинают, капризничает немного.

Как вы там? Как мама?

Михаил Петрович шумно вздохнул, и Лиля почувствовала, что отец хочет сказать что-то важное, но не решается.

— Пап, что-то случилось? — обеспокоенно спросила она.

— Да тут такое дело, дочка...

Ты только матери не говори, что это я тебе рассказал. Она меня со свету сживет.

Ее ведь две недели назад уволили с работы.

Сокращение там у них случилось, или она с начальством повздорила — не признается.

— Уволили? — Лиля замерла. — Но она мне ничего не говорила! Наоборот, рассказывала, как у нее много проектов на работе.

— Вот именно. Новую работу она искать совершенно не хочет. Ленится, да и возраст уже предпенсионный, говорит, тяжело ей.

И знаешь, что она придумала?

Решила, что будет твоей няней. Это для нее идеальный вариант.

Во-первых, я не буду пилить ее, что она дома без дела сидит. А во-вторых, она рассчитывала, что ты будешь платить ей полную зарплату, как настоящей няне.

Ты же у нас хорошо зарабатывала до декрета, вот она и решила, что ты быстро вернешься на прежний доход.

У Лили от возмущения перехватило дыхание.

— Так вот почему она так агрессивно выгоняла меня на работу! — воскликнула она. — Решила устроить свою безбедную старость за мой счет?

Наплевав на то, что ее пятимесячной внучке нужна мать, а не нянька?

— Ну да, получается так, — тихо подтвердил отец. — Она мне так и сказала:

«Чего Лильке дома сидеть киснуть? Пусть идет деньги зарабатывать, а я за Алинкой присмотрю. И мне прибавка к пенсии, и дочь при деле».

Я пытался ей сказать, что это неправильно, но ты же знаешь твою мать. Ее не переспоришь.

— Спасибо, папа, что рассказал, — дрожащим от обиды голосом произнесла Лиля. — Я теперь знаю, как с ней разговаривать.

Все стало сразу на свои места. Звонить матери и высказывать ей претензии по телефону Лиля не стала — такие вещи нужно обсуждать лично, с глазу на глаз.

***

В субботу днем мать сама заглянула в гости к дочери под предлогом «проведать внучку».

Она принесла крошечную погремушку и сразу же уселась пить чай, бросая на Лилю выжидающие взгляды.

— Ну что, Лилечка, подумала над моим предложением? — как бы между прочим спросила мать, прихлебывая чай. — На работе твоей тебя, небось, заждались.

Сейчас декретные места быстро занимают, упустишь хорошую должность.

Лиля посмотрела матери прямо в глаза.

— Мам, почему ты мне сразу не сказала, что тебя уволили с работы? — напрямую спросила она.

Анна Степановна поперхнулась чаем.

— Кто тебе такое сказал? — пролепетала она. — Что за глупости? Я сама уйти подумывала...

— Хватит врать, мама, — оборвала ее Лиля. — Тебя уволили две недели назад. И ты решила, что твоя дочь — это отличный спонсор!

Ты хотела выгнать меня на работу с пятимесячным ребенком только для того, чтобы тянуть из нашего семейного бюджета деньги под видом зарплаты няни?

Анна Степановна поняла, что отпираться бессмысленно.

— А хотя бы и так! — вызывающе заявила она. — Что в этом плохого? Ты чужой няне платила бы в два раза больше!

А тут родная бабушка, ребенок под присмотром близкого человека. И мне копеечка к пенсии, раз уж государство меня сократило.

Мы же семья, мы должны помогать друг другу!

— Помогать друг другу, мама — это когда бабушка приходит посидеть с внучкой бесплатно, чтобы дать молодой матери перевести дух! — вскипела Лиля. — А то, что придумала ты — это самый настоящий шантаж и манипуляция!

Ты отказалась помочь мне даже на два часа, надеясь, что от усталости я сдамся и соглашусь на твои условия!

Ты готова была лишить своего ребенка и свою внучку нормального декрета ради собственной выгоды!

— Да как ты смеешь так разговаривать с матерью! — Анна Степановна вскочила из-за стола. — Я вырастила тебя, копейки на твои кружки собирала!

А ты теперь жалеешь родной матери денег? Да ты эго.истка, Лиля!

Твой муж зарабатывает прилично, могли бы и выделить матери нормальное содержание!

— Мой муж зарабатывает для своей жены и своей дочери! — твердо ответила Лиля. — Мы платим ипотеку, откладываем на будущее Алинки.

И я не собираюсь содержать трудоспособную женщину, которая просто ленится искать новую работу и хочет устроиться за мой счет.

— Ах вот как? — закричала Анна Степановна. — Ну и сиди тогда одна со своим ребенком!

Локти кусать будешь, когда взвоешь от усталости, а я к тебе больше ни ногой! И копейки от нас с отцом больше не увидишь!

— И не нужно, мама, — спокойно ответила Лиля, открывая входную дверь. — Мы прекрасно справимся сами.

А тебе я советую все-таки дойти до центра занятости. Там как раз ищут нянь.

Может, кто-то чужой и согласится на твои условия.

Прощай.

Лиля без зазрения совести захлопнула перед носом матери дверь.

***

Вечером Олег вернулся домой и застал жену спокойной и улыбающейся. Лиля весело играла с Алинкой на ковре.

— Как все прошло? — осторожно спросил он.

— Отлично, — улыбнулась Лиля, поднимаясь и обнимая мужа. — Я все ей высказала.

Больше никаких манипуляций и ложного чувства вины.

Мы справимся сами, родной.

— Конечно, справимся, — Олег нежно поцеловал ее. — Я всегда рядом.

***

Лиля спокойно просидела в декрете с дочкой, а Олег получил повышение на работе, полностью закрыв все финансовые вопросы.

Анна Степановна, поняв, что дочь больше не поддается на ее манипуляции, была вынуждена устроиться на непыльную работу в архив.

Общение со временем восстановилось, но прежняя теплота не вернулась — мать дочь так и не простила.