Eдинcтвeнный чeлoвeк, пepeд кoтopым Пётp I cнимaл шляпу и тepпeл нacмeшки
Можно ли представить, что при Пётр I был человек, который мог позволить себе отчитать самого царя - и остаться не только безнаказанным, но и в его полном доверии? Причём речь не о фаворите или блестящем полководце, а о фигуре куда более мрачной и закрытой.
О нём редко снимают фильмы, его почти не показывают в романах и играх, потому что он неудобен для красивой истории. Слишком жёсткий, слишком прямой, слишком опасный. Но именно такие люди и держали на себе государство в самые сложные моменты.
Кто этот человек, которому царь доверил власть над страхом, порядком и даже над собственной безопасностью? И за что Пётр уважал его настолько, что добровольно признавал его власть хотя бы в шутливой форме?
В окружении Петра I был человек, которому позволялось то, что не сходило с рук никому. Перед ним царь не злился, не наказывал и даже добровольно снимал шляпу. Причём это был не фаворит вроде Меншикова, а фигура куда более жёсткая и мрачная - Фёдор Ромодановский. Чем же он заслужил такое отношение? И почему даже современники называли его тираном, но при этом признавали - вернее него у Петра никого не было?
Пётр Алексеевич отличался бурной энергией и не терпел бездействия. Он постоянно был занят государственными делами, но иногда позволял себе своеобразные игры - перевоплощался в простого служаку, "шкипера" или "бомбардира Петра Михайлова", а роль главного в этих сценах отдавал другим. Из таких забав постепенно выросла странная и знаменитая структура - "всешутейший и всепьянейший собор". Во главе этого своеобразного "ордена" стоял именно Ромодановский, получивший титул "князя-кесаря". И это была не просто шутка.
Ещё в потешных войсках 1690-х годов он фигурировал под именем "генералиссимуса Фридриха". Позже вся ближайшая компания Петра, включая самого царя, формально считала себя подданными этого "князя-кесаря". В письмах Пётр обращался к нему как к государю - "Könih" или "Sir", а свои действия описывал в полушутливых отчётах, будто действительно подчинялся ему. На первый взгляд это выглядело игрой, но за ней скрывалось нечто большее.
Сохранился показательный эпизод. Однажды Пётр не снял шапку перед Ромодановским. Тот вызвал его и, даже не встав с кресла, отчитал:
"Что за спесь, что за гордость! Уже Пётр Михайлов не снимает ныне кесарю и шляпы!"
Петр I
И что сделал царь? Ничего. Ни наказания, ни гнева. Возможно, он даже извинился. Такое поведение многое говорит о реальном положении Ромодановского.
Причины такого доверия уходят ещё в детство Петра. Он знал этого человека с ранних лет и уже тогда оценил его главные качества. Ромодановский сопровождал его во всех юношеских начинаниях, включая создание потешных полков. Но главное - это абсолютная преданность. В конфликте с царевной Софьей он встал на сторону Петра, и именно ему поручили охранять её в Новодевичьем монастыре.
Была и ещё одна редкая черта - честность. В эпоху, когда казнокрадство считалось почти нормой, Ромодановский сумел сохранить безупречную репутацию. Его не подозревали в злоупотреблениях, а это для того времени было почти невозможным достижением. Именно это сочетание - преданность и неподкупность - и обеспечило ему особое положение при дворе.
Но за внешней "шутейной" ролью скрывалась настоящая власть. С 1686 года и до самой смерти Ромодановский возглавлял Преображенский приказ - один из самых жёстких органов власти того времени. Он занимался политическим сыском, расследованиями и подавлением заговоров. Фактически это была прообраз будущих тайных служб.
Именно он подавил стрелецкий бунт 1698 года, пока Пётр находился за границей с Великим посольством. Этот эпизод стал ключевым доказательством его надёжности. Он действовал жёстко, без колебаний, и полностью оправдал доверие царя.
Герб Ромодановских
Современники описывали его крайне противоречиво. Один немец писал, что он мог наказывать людей без всяких согласований, и обжаловать его решения было бесполезно. Князь Куракин дал ещё более жёсткую характеристику: внешне уродлив, нравом жестокий тиран, пьёт постоянно, никому не желает добра. Но при этом добавлял главное - вернее государю не было никого.
Есть здесь важная историческая деталь: именно через Преображенский приказ проходили все дела о государственных преступлениях, включая заговоры и измену. Это означало, что Ромодановский обладал колоссальной властью - он знал всё и мог решать судьбы людей. По сути, он был одним из самых опасных людей в государстве, и Пётр это прекрасно понимал.
Жизнь Ромодановского была не менее странной, чем его служба. Несмотря на высокий статус, в быту он сохранял старые привычки и добавлял к ним свою своеобразную эксцентрику. Например, у него в доме держали дрессированного медведя с чаркой водки. Гостю приходилось выпить - отказаться было опасно. Тех, кто пытался уклониться, медведь наказывал весьма ощутимо.
До глубокой старости он оставался в фаворе. Он умер в 1717 году, прожив почти 80 лет, и до конца сохранял влияние и доверие царя. После его смерти должность главы Преображенского приказа перешла к сыну, но прежнего уровня влияния уже не было.
Интересно, что уже в 1718 году в Петербурге появилась Тайная канцелярия - прямое продолжение той системы, которую выстроил Ромодановский. Это ещё раз показывает, насколько важной была его роль.
Ромодановский
В итоге перед нами фигура, которая выбивается из привычного представления о петровской эпохе. Не блестящий реформатор, не фаворит и не герой, а суровый и предельно надёжный человек, которому доверяли больше, чем кому-либо.
И, возможно, именно поэтому царь снимал перед ним шляпу.
0 коммент.:
Отправить комментарий