Фaтимa Шaхшaeвa хoтeлa уeхaть oт мужa и нaчaть вcё зaнoвo. Нo дo дoмa тaк и нe дoбpaлacь

kp.ru

Фaтимa Шaхшaeвa хoтeлa уeхaть oт мужa и нaчaть вcё зaнoвo. Нo дo дoмa тaк и нe дoбpaлacь

Москва, июнь 2015 года. Тридцатилетняя Фатима Шахшаева готовилась навсегда уехать из столицы. Билеты в Дагестан были куплены, двое старших детей уже гостили у бабушки, а сама женщина собиралась отправиться следом вместе с младшей дочерью. Она строила планы, прощалась с подругами и договаривалась о встречах. Но 13 июня Фатима вышла из дома на Шмитовском проезде и бесследно исчезла.

msk.kp.ru

История женщины началась в Дагестане. Она выросла в семье Кальяевых и с детства знала Шапи Шахшаева, который был старше её на семь лет. Их семьи общались, а сам молодой человек не скрывал симпатии к девушке. Когда Фатиме исполнилось шестнадцать, он сделал ей предложение. Родители не возражали: семья жениха была состоятельной и пользовалась авторитетом. Особенно влиятельным считался старший брат Шапи — Гаджи Шахшаев, предприниматель, работавший в структурах, связанных с бизнесом Сулеймана Керимова, и занимавший руководящие должности в аэропорту Махачкалы. В 2003 году Фатима и Шапи поженились, а вскоре переехали в Москву. Отец мужа помог молодой семье с жильём и автомобилями. У супругов родились трое детей: Камила, Амин и Ясмина.

По словам близких Фатимы, муж ограничивал её самостоятельность. Когда женщина поступила на факультет гостиничного хозяйства, Шапи якобы запретил ей посещать занятия. Работать она тоже не могла, а на личные расходы, как утверждали родственники, получала всего тысячу-полторы рублей. Фатима занималась детьми и практически полностью зависела от мужа. В 2014 году отношения окончательно разрушились. Шапи неожиданно объявил о желании развестись, объясняя это собственными проблемами и нежеланием обременять жену. Фатима плакала и просила сохранить семью ради детей, но он не изменил решения. 3 сентября супругов официально развели. Вскоре выяснилось, что у Шапи появилась другая женщина. Некоторое время он жил с ней, затем вернулся в квартиру на Шмитовском проезде, где оставались бывшая жена и дети. Фатима уже не хотела восстанавливать отношения, но съехать было непросто. Шапи обещал купить ей отдельное жильё, сначала в Москве, затем в Махачкале. Женщина согласилась на переезд и начала искать квартиру, школу и детский сад.

Летом 2015 года она решила больше не ждать. Старшие дети отправились к бабушке в Дагестан, а Фатима собиралась прилететь туда с младшей дочерью 16 июня. За несколько дней до отъезда она обсуждала планы с соседкой и подругами, обещала скоро увидеться. 12 июня пригласила знакомую на прощальное чаепитие. Но на следующий день, 13 июня, вышла из дома и пропала. По одной из версий, она направлялась в салон красоты, однако до него так и не добралась. Телефон перестал отвечать. Через несколько дней Шапи приехал в Махачкалу и сообщил матери Фатимы, что та исчезла. Он утверждал, будто бывшая жена вернулась домой, собрала вещи и уехала с некой подругой-чеченкой сначала в Грозный, а затем собиралась добраться до Дагестана. Позже появилась ещё более странная версия: Фатима якобы попала под влияние радикалов и могла отправиться в Сирию к запрещённой в России террористической организации ИГИЛ. Родные не верили в это объяснение. Они утверждали, что женщина не стала бы уезжать, не предупредив мать, и никто из близких не знал никакой загадочной подруги.

life.ru

18 июня брат пропавшей обратился в полицию. К поискам подключились родственники, друзья и волонтёры, фотографии Фатимы распространяли в социальных сетях. Следователи проверяли разные версии, но вскоре внимание привлекли обстоятельства, которые вызвали вопросы у защиты. Одним из них стали данные мобильного телефона женщины. Согласно сведениям, на которые ссылались адвокаты, примерно через два часа после выхода из дома аппарат зарегистрировался в зоне действия базовой станции с обозначением «800», обслуживавшей район Петровки, 38, где находится Главное управление МВД по Москве. Однако такая привязка сама по себе не доказывает, что Фатима находилась внутри здания или была задержана. Она лишь указывала на необходимость выяснить, где оказался телефон после исчезновения хозяйки. Защита также обращала внимание на историю с камерами наблюдения: по её данным, записи с четырёх камер у дома изъяли 16 июня — за два дня до официального заявления о пропаже. Адвокаты утверждали, что это сделали сотрудники полиции по устному распоряжению. Позднее, по их словам, до суда дошла лишь запись, создававшая своеобразную слепую зону возле подъезда.

Споры возникли и вокруг обысков квартиры. Первые осмотры, как указывала защита, не выявили следов крови или биологических жидкостей. Однако после третьего обыска следствие сообщило о бурых пятнах на скотче и крышке ящика для инструментов. Адвокаты оспаривали эти находки: они утверждали, что кратковременное свечение реагента могло быть вызвано обычным хлорсодержащим отбеливателем. По их ссылкам, последующая лабораторная экспертиза не обнаружила крови на исследованных фрагментах паркета, плитки и стен. Важной частью обвинения стали и показания младшей дочери. По версии следствия, четырёхлетняя Ясмина рассказала, что отец запер её в комнате, а утром матери уже не было. Суд оценивал эти слова вместе с остальными материалами дела, хотя защита настаивала, что показания маленького ребёнка нельзя считать надёжным доказательством безоговорочно.

Следствие утверждало, что между бывшими супругами произошла ссора из-за детей. По версии обвинения, Шапи запер Ясмину в соседней комнате, после чего нанес Фатиме смертельные ножевые ранения в ванной. Затем он якобы расчленил тело и вынес его из квартиры в мусорных мешках. Сам Шахшаев вину отрицал и продолжал утверждать, что бывшая жена ушла добровольно. Судебный процесс в Пресненском районном суде продолжался около десяти месяцев. 14 ноября 2017 года Шапи признали виновным в убийстве и приговорили к двенадцати годам колонии строгого режима. Защита подала апелляцию, вновь указав на отсутствие тела, спорные результаты осмотров и противоречия в материалах расследования. Но 11 апреля 2018 года Мосгорсуд оставил приговор без изменения. Он вступил в законную силу.

Позже Шапи стал утверждать, что его уголовное преследование было связано не с семейной трагедией, а с борьбой за бизнес. В его заявлениях фигурировали старший брат Гаджи, зарубежные судебные разбирательства и компания Doxa Investments, через которую, согласно публикациям, оформлялись доли в аэропортовом бизнесе. Шапи связывал своё дело с переделом собственности и заявлял, что пока находился под стражей, были упущены возможности оспорить корпоративные решения. Сторонники альтернативной версии предполагают, что исчезновение Фатимы и уголовное преследование её бывшего мужа могли оказаться частью более масштабного конфликта вокруг контроля над аэропортом Махачкалы. В качестве аргументов они приводят спорные обстоятельства изъятия видеозаписей, данные биллинга и вопросы к доказательствам обвинения.

mk.ru

Для семьи Фатимы все эти споры не меняют главного: женщина исчезла, оставив троих детей, мать и брата, которые так и не смогли с ней попрощаться. Суд установил виновность Шапи Шахшаева, но тело Фатимы до сих пор не найдено. Поэтому в этой истории остаётся мучительный вопрос, на который не ответили ни годы поисков, ни длительный судебный процесс: где оказалась женщина, которая собиралась уехать из Москвы и начать новую жизнь? За разговорами о влиятельных родственниках, бизнесе и спорных доказательствах нельзя забывать, что в центре дела — судьба человека, который однажды вышел из дома и больше не вернулся.