26-лeтняя мaть выпaлa из oкнa. Coжитeль cкaзaл: «Я был в душe». Кaк глaвный фигуpaнт ушёл oт cлeдcтвия

26-лeтняя мaть выпaлa из oкнa. Coжитeль cкaзaл: «Я был в душe». Кaк глaвный фигуpaнт ушёл oт cлeдcтвия

Этим летом я проезжал мимо дома на улице Владимира Невского и не знал, что внутри одной из квартир на четвёртом этаже до сих пор не поставлена точка.

Уголовное дело заморожено. Главный фигурант в международном розыске уже пятый год. Есть погибшая, есть экспертиза, подтверждающая криминальный характер травм. И есть один подозреваемый, который в первые часы после происшествия спокойно общался с полицией, а потом исчез.

Когда тело 26-летней Марины Шепелевой нашли под окнами многоэтажки, Мхитар Ихтиарян находился прямо там, в квартире. Прибывший наряд полиции застал его на месте. Он не пытался скрыться. На все вопросы ответил короткой фразой: «Я был в душе».

Соседи потом рассказывали: в ту ночь из квартиры доносились крики и стуки. Потом — тишина. А через несколько минут на асфальте под козырьком подъезда лежала Марина.

Её экстренно госпитализировали. Спасти не смогли.

Но самое странное произошло дальше. Наручники на мужчину не надели. Его не задержали и не отправили в изолятор. Получив статус свободного человека, он немедленно нанял двух адвокатов. А спустя месяц просто не явился на допрос. Беспрепятственно покинул страну.

И вот тут я не понимаю: как единственный участник событий, не имеющий алиби, получает возможность спокойно собрать вещи и уйти?

Чтобы разобраться, нужно отмотать время назад.

2019 год. Марине 26 лет. Она одна воспитывает маленького сына. В её жизни появляется Мхитар. Ему 48. Разница — 22 года. Почти сразу он заявляет о серьёзных и влиятельных связях в различных структурах. Для молодой матери это звучит как демонстрация надёжности.

Она соглашается на условия партнёра.

Пара переезжает в частный дом. Мужчина устанавливает систему видеонаблюдения. Не уличные камеры для охраны участка — объективы монтируются во всех внутренних комнатах. Каждое передвижение теперь фиксируется круглосуточно. Личное пространство перестаёт существовать.

Долго удерживать давление исключительно внутри этой контролируемой территории не удаётся. Вскоре происходит первый инцидент с посторонними свидетелями.

Марина и Мхитар едут в такси. В салоне автомобиля происходит конфликт. Мужчина применяет физическую силу к девушке прямо на глазах у водителя. Таксист не молчит — он обращается в полицию. Подаёт официальное заявление.

Система не даёт хода этому материалу. Мхитар не получает ни ареста, ни даже официального предупреждения.

Фразы о влиятельных покровителях перестают казаться просто давлением. Они получают подтверждение.

Девушка видит закономерность. Посторонний человек пытается ей помочь, задействует законные рычаги — механизм просто не срабатывает. Защиты извне не существует.

Марина решает купить свою свободу. Она идёт в банк и оформляет на своё имя потребительский кредит — 100 тысяч рублей. Снимает наличные и передаёт сожителю.

Обещанного разрыва не следует. Пара не разъезжается. Мужчина забирает деньги, но сохраняет прежний статус.

Теперь к видеонаблюдению и физическому давлению добавляется новый фактор — долговой капкан.

Наступает 2020 год. Пара съезжает из частного сектора в съёмную квартиру на четвёртом этаже дома на улице Владимира Невского. Типовая планировка многоэтажки превращает жильё в глухую коробку. Единственный выход — в подъезд. Окна на высоте, исключающей безопасный прыжок.

Бежать больше некуда.

Маленький сын Марины позже расскажет следователям: каждый раз, когда уровень агрессии возрастал, мать убегала в комнату и запирала дверь изнутри. Она не звала соседей, не звонила в полицию. Опыт с таксистом уже доказал бесполезность обращений. Закрытая межкомнатная дверь становилась последним рубежом обороны.

Ночь с 25 на 26 июля 2020 года.

Соседи слышат громкие крики, стуки, звуки борьбы. Затем — тишина.

Тело Марины находят под козырьком подъезда. Не на газоне под окнами фасада, а прямо у стены. Скорая увозит девушку в реанимацию. Через несколько часов она умирает.

Оперативники поднимаются в квартиру на четвёртом этаже. Внутри — Мхитар. Его версия: девушка была пьяна, он ушёл в душ, а она совершила необдуманный поступок.

Следственная группа замечает противоречие. Москитная сетка в окне разорвана. Не снята с креплений — именно порвана. Характер повреждений не соответствует действиям человека, который добровольно открывает окно.

Однако сотрудники фиксируют объяснение про душ как основную версию. Оснований для задержания не выявлено.

Подозреваемого оставляют в покое.

Родственники погибшей отказываются мириться с выводами местных силовиков. Они отправляют тело Марины на независимую экспертизу в Москву.

Результаты уничтожают выстроенную линию защиты.

Эксперты фиксируют: у девушки сломаны позвоночник и рёбра, множественные синяки и ссадины. Главное — все повреждения получены до падения с четвёртого этажа. Смерть носит насильственный криминальный характер.

Версия про нетрезвую девушку, которая сама подошла к окну, становится физически невозможной. Невозможно получить перелом позвоночника и рёбер без применения крайней степени жестокости внутри замкнутого помещения.

Теперь у следствия на руках железобетонная улика. Появляются основания для ареста.

Но проходит месяц. Следователь направляет повестку. Мхитар в кабинет не является. Оперативники проверяют известные адреса — нулевой результат.

Человек получил 30 суток ничем не ограниченной свободы. За это время он нанял адвокатов, спланировал маршрут и покинул страну.

21 февраля 2023 года следствие официально остановлено. Причина — невозможность установить местонахождение фигуранта.

1 октября 2024 года Следственный комитет подтверждает: разыскные мероприятия продолжаются, результатов нет.

Мхитара Ихтиаряна объявили в федеральный, затем в международный розыск. Ему заочно предъявили обвинение по двум статьям — истязание и убийство.

Скамья подсудимых пуста.

Родственники Марины продолжают писать обращения. Они настаивают: дело нужно довести до приговора.

Но папка с материалами отправлена в режим ожидания. До момента задержания, сроки которого никто не берётся прогнозировать.

И я до сих пор не понимаю: как можно было не задержать человека на месте, в первые часы, когда все следы ещё свежи, а подозреваемый прямо перед глазами?