Кушaл coкaмepникoв. Пoбeг чepeз бeзумиe - иcтopия жуткoгo зaключeннoгo 90-х
Когда тюрьма становится домом
Он сидел в камере и разговаривал сам с собой. Два месяца в одиночестве — и голоса в голове стали единственной компанией. Александр Маслич не был рождён чудовищем. Но жизнь словно специально лепила из него то, чем он в итоге стал.
В середине 1990-х по Алтайскому краю прокатилась волна ужаса. Преступления, совершённые этим человеком, настолько выходили за рамки обычного криминала, что следователи поначалу не верили своим глазам. Но это было лишь финалом истории, начавшейся намного раньше.
Детство без детства
Двенадцать лет — возраст, когда мальчишки гоняют мяч во дворе и мечтают о приключениях. Александру в этом возрасте пришлось столкнуться с другой реальностью. Родители спились. Окончательно и бесповоротно. Зелёный змий поглотил их целиком, а сын остался сиротой при живых маме и папе.
Интернат для трудных подростков стал его новым домом. Вот только домом это место назвать было сложно. Методы воспитания там были крайне жёсткими, с преобладанием физического и психологического давления. Шесть лет мальчик провёл в атмосфере, где сила решала всё, а слабость каралась мгновенно.
Высокий, худой, зажатый внутри себя — таким Саша выходил из тех стен. Годы издевательств со стороны старших, физическое и психологическое давление, унижения — всё это накапливалось где-то в глубине. Потом, много позже, на суде даже видавшие виды судьи не смогли сдержать слёз, узнав подробности его детства.
Санитар леса
Выйдя во взрослую жизнь, Александр решил бороться со злом по-своему. Он называл себя санитаром леса и считал своей миссией наказывать тех, кто причиняет боль другим. Странная логика искалеченной души, да?
Первое правонарушение было обычным делом. Но во время него Александр совершил убийство. Колония строгого режима в барнаульском посёлке Куйта стала следующим этапом. Там, в 1991 году, он совершил убийство сокамерника. Двенадцать лет срока и статус рецидивиста.
С соседями по камере отношения не складывались никогда. Как в детстве в интернате, так и здесь — Маслич жил в постоянном напряжении. Каждое новое преступление за решёткой превосходило предыдущее в продуманности. И жестокости тоже, надо признать.
План побега через безумие
В Барнаульском СИЗО номер один у Александра созрел хитрый план. Он мечтал попасть в московский Центр Сербского — туда отправляли особо опасных преступников для психиатрической экспертизы. В девяностые зеки считали это место настоящим курортом, оплаченным государством.
Путешествие в столицу, обследование, пару месяцев относительного спокойствия — заманчиво, правда? А там глядишь, признают невменяемым, отправят в психиатрическую клинику. Убежать оттуда казалось проще, чем из тюрьмы.
В камере с ним сидел человек с тяжёлым прошлым. Ночами тот хвастался своими преступлениями, не скупясь на детали. Александр слушал и что-то внутри него ломалось всё сильнее. Однажды ночью терпение лопнуло.
Убийство через удушение. А дальше началось то, что потрясло даже опытных следователей. Маслич решил инсценировать акт, связанный с причинением увечий телу, — чтобы наверняка попасть на желанную экспертизу. Он использовал нож, совершил действия с телом, извлёк часть органа, даже сварил в кружке. Но есть не стал — зачем, если цель была только в имитации?
Театр абсурда
В законодательстве России нет отдельной статьи за подобные действия. Есть убийство с целью использования органов и надругательство над телом. По этим статьям Маслича и судили.
После этого эпизода его перевели в штрафной изолятор колонии в Рубцовске как особо опасного. Власти боялись беспорядков среди заключённых. К тому моменту у Александра было четыре судимости, ему исполнилось двадцать.
В штрафнике он встретил двух сокамерников — таких же нарушителей режима. Все трое мечтали о том самом московском центре. Разговоры, планы, фантазии о побеге... Один из троицы был особенно активным зачинщиком.
Маслич изготовил на картонке плакат: "Хочется кого-нибудь съесть". Потом эта надпись попала в материалы дела. После неё Александра больше никогда не помещали в камеру с другими людьми.
Последний спектакль
Вечером он нарисовал ещё одну картинку — расчленённое тело. Ночью, дождавшись, когда контролёр уснёт, трое приступили к делу. Удушение, использование обломков бритвы, извлечённые органы... Часть жидкости, напоминающей кровь, сварили в унитазе, поджигая вату.
Один из участников совершить акт поедания отказался. Маслич попробовал кусочек печени, но проглотить не смог — положил в рот и всё. Экспертиза потом подтвердила следы зубов. Летний ветер в окно без стёкол помог на время скрыть происходящее от надзирателей.
Утром преступники сами признались. "Мы его съели", — заявили они. Долгожданная поездка в Москву состоялась. Врачи Центра Сербского были опытными — симуляцию распознали быстро. Обоих признали вменяемыми.
Конец пути
Пока шло следствие, Александр совершил ещё одно убийство — расправился с очередным сокамерником из-за карточного долга. В 1996 году его приговорили к смертной казни. Но Маслич попал под мораторий 1997 года — смертную казнь заменили пожизненным.
"Чёрный дельфин" в Оренбургской области — самая строгая тюрьма России. Там Александр провёл последние годы жизни. Болезни, одиночество, постоянное нервное напряжение. Он говорил, что два месяца в изоляции довели его до разговоров с самим собой.
"Я сын родителей с зависимостями, у меня просто замороженный мозг был", — объяснял Маслич. В школе не учился, дома не жил, от любых требований уходил в сторону. Искалеченное детство породило искалеченную судьбу.
В 2015 году Александр Маслич умер при невыясненных обстоятельствах. История человека, который так и не стал человеком, закончилась. Преступления его заслуживают самого сурового осуждения — это путь, которым идти нельзя ни при каких обстоятельствах.
"Самое тяжёлое — потеря здоровья", — говорил он незадолго до смерти. Туберкулёз, больные почки, травмы головы. Но разве не душа была потеряна намного раньше, ещё в том интернате, где двенадцатилетний мальчик впервые понял, что мир жесток и безжалостен?
История Александра Маслича — напоминание о том, как важно вовремя протянуть руку помощи тем, кто оказался на краю. Преступления не имеют оправдания, но понимание причин помогает предотвратить новые трагедии.
0 коммент.:
Отправить комментарий