Вop в oтcтaвкe: кaк живёт и paбoтaeт чeлoвeк, публичнo вышeдший из пpecтупнoй иepapхии
Люберцы, 2019 год. На камеру мобильного телефона говорит немолодой, крепко сбитый мужчина в дорогой куртке. Он стоит, заложив руки за спину, и его лицо выражает скорее усталую отрешённость, чем страх. Голос за кадром просит озвучить суть заявления. Мужчина, тяжело вздохнув, отвечает: «Что я не являюсь криминальным авторитетом, "вором в законе" и так далее». На этом видео, которое позже разлетелось по всем криминальным пабликам, — Олег Мухаметшин, он же Муха Люберецкий. Один из тех, чьё имя в 90-е звучало как предупреждение. И тот, кто только что совершил беспрецедентное: добровольно, на свободе, сдал свою «корону» прямо в руки полиции.
До этого момента мир жил по железным правилам. От воровского титула отказывались только за решёткой, под невыносимым давлением администрации «Белого лебедя» или «Чёрного дельфина». Это был акт капитуляции, за которым следовало остракизм и забвение. Но чтобы вор в законе, свободный, при деньгах и связях, сам пришёл с такой «явкой» — такого не было никогда. История Мухи — это история не просто об отречении. Это история о том, как кончилась целая эпоха, и те, кто был её символами, вдруг обнаружили, что правила игры изменились так, что их гордый титул стал мишенью для новой, совершенно легальной, статьи Уголовного кодекса.
Муха не был мелкой сошкой. Казань, где он родился, дала ему бандитскую закалку, а подмосковные Люберцы, цитадель жёсткой уличной силы в 90-е, — славу и влияние. Он не просто примкнул к местной ОПГ — он несколько раз, как феникс, возрождал её после громких провалов. Его короновали в 1994-м такие мастодонты славянского воровского мира, как Шишкан и Савоська. В его биографии были и дерзкие налёты на дачи «новых русских», и редкий, почти легендарный побег из-под конвоя в 2004-м, и даже криминальная эпопея на Украине. Он был игроком, пусть и не первого, но уверенного эшелона.
Олега Медведев. Он же Шишкан
И вот этот человек, проживший всю жизнь по понятиям, в августе 2019-го оказывается в кабинете московской полиции. По одной версии, его взяли в аэропорту при вылете в Сочи. Ему чётко и недвусмысленно объяснили суть новой 210.1 статьи УК РФ — «Занятие высшего положения в преступной иерархии». До 15 лет. И предложили выбор: либо оформлять задержание и готовиться к делу, где его статус будет главной уликой, либо написать отказ от титула. Муха, известный своей осторожностью, выбрал второе.
Вот только в этом выборе и спрятана вся драма. По воровским понятиям, чтобы снять с себя корону, нужно было собрать воровской сход, обратиться к сообществу. Письмо же в полицию — это не отречение, это предательство. Но «семья» отреагировала на удивление вяло: Муху назвали предателем, но не объявили на него войну. Возможно, потому что он никого не сдал, не дал показаний. Он просто вышел из игры.
Юристы же смотрят на эту историю с холодным цинизмом. Отказ от статуса в полицейском протоколе — это, по сути, официальное признание, что этот статус у тебя был. Фактически, явка с повинной. И теперь, если дело против него всё-таки возбудят, у следствия будет его же собственноручное признание. Смягчит ли оно наказание? Максимум на четверть. Вместо 15 — 11 с лишним лет. Сомнительное достижение.
Сам Муха на видео говорит ключевую фразу: «Просто я себя таким не считаю, я таким и не являлся». Это уже не отречение, это попытка стереть прошлое. Сейчас он, вместе с сыном Робертом, ведёт крупный легальный строительный бизнес. Для бывших подельников он — «никто». Но для закона — потенциальный фигурант по тяжкой статье. И прошлые заслуги, и недавнее отречение играют против него.
История Мухи Люберецкого — это не история покаяния. Это история адаптации. Хищник, почуяв, что изменился климат, пытается сбросить яркую, но ставшую опасной шкуру и залечь на дно. Показательно, что вслед за ним никто массово не бросился сдавать короны. Криминальный мир затаился, наблюдая, как правоохранительная система будет применять новую статью на практике. Будет ли она бить по действующим «законникам» или станет инструментом для давления на таких вот «пенсионеров», желающих завязать.
Муха хотел одним заявлением поставить точку. Но получилось, что он лишь поставил многоточие. Вопрос теперь не в том, вернётся ли он к старой жизни. Вопрос в том, отпустит ли его его же прошлое, которое он сам, собственноручно, подтвердил в том самом заявлении. Титул, от которого отказываются в полицейском участке, перестаёт быть просто титулом. Он становится доказательством. А от доказательств, в отличие от воровских корон, отказаться куда сложнее.
0 коммент.:
Отправить комментарий