39-лeтняя Eлeнa уeхaлa пpoвepить зaбop и нe вepнулacь

39-лeтняя Eлeнa уeхaлa пpoвepить зaбop и нe вepнулacь

Машина простояла в кювете больше суток. Белый Рено Аркана, упёршись бампером в дерево. Никаких критических повреждений. Подушки даже не сработали.

Сергей, водитель, который остановился проверить, всё ли в порядке, обошёл кроссовер. Двери заперты. Внутри никого. А на заднем сиденье — детское кресло. И пустые пивные банки на полу.

Он позвонил в полицию.

Это было 27 сентября 2023 года. Окрестности Екатеринбурга. Кольцевая дорога, которую местные называют ЕКАД.

Машина принадлежала тридцатидевятилетней Елене Касецкой. Инспекторы пробили номера и попытались дозвониться до владелицы. Телефон выключен.

А через несколько часов выяснилось: женщина не выходит на связь с родными уже двое суток.

Вернёмся на два дня назад.

Утро понедельника, 25 сентября. Елена отвезла восьмилетнего сына из школы домой. Сказала, что нужно съездить на участок — проверить, как идёт стройка. Она купила землю в деревне Курманка месяц назад. Планировала построить дом для отдыха. Начала с забора.

Накануне она нашла рабочего. Через объявление. Мужчина представился Алексеем. Жил прямо на участке — в строительном вагончике. Елена платила ему за смену.

В тот день она выехала из Екатеринбурга около четырёх. Путь до Курманки — примерно час. К вечеру планировала вернуться.

После шести связь стала пропадать. К восьми телефон отключился полностью.

Сын ждал её дома один. Когда стемнело, позвонил отцу — тот жил отдельно. Сказал: мама уехала на стройку и не вернулась.

Утром 26 сентября родственники начали обзвон. Никто ничего не знал. Елена никогда так не поступала. Она всегда предупреждала, если задерживается.

К вечеру того же дня её машина уже стояла в кювете на ЕКАД. За рулём был кто-то другой.

Двадцать восьмого сентября поисковая группа приехала в Курманку. Участок на окраине деревни. Штабеля материалов. Частично установленный забор из металлического профиля. И маленький вагончик — времянка для хранения инструментов.

Дверь закрыта.

Когда сотрудники вошли внутрь, они увидели Елену. Женщина была привязана к стулу. В центре комнаты. На полу — тёмная лужа. К тому моменту она уже подсохла. Соседи позже говорили, что видели на полу тёмные пятна, но решили, что это краска.

Криминалисты установили: смерть наступила от черепно-мозговой травмы. Эксперты зафиксировали множественные повреждения.

Личных вещей Елены в вагончике не было. Сумка, ключи от машины, телефон — всё исчезло.

И строитель тоже исчез.

Его искали по записям с камер. В местном магазине за несколько часов до исчезновения Елены камера зафиксировала мужчину. Среднего телосложения, рост выше ста семидесяти пяти. Главная примета — густые рыжие волосы. Покупал спиртное и продукты. Расплачивался наличными.

Жители соседних домов подтвердили: видели его днём двадцать пятого сентября. А к утру следующего дня на участке его уже не было.

Проверили базы. Имя — Алексей Протасов. Тридцать пять лет.

И тут выяснилось: за плечами этого «простого рабочего» — целый список судимостей. Кражи. Мошенничества. Последний раз привлекался в две тысячи двадцать втором. Освободился меньше года назад.

При найме он, разумеется, ничего не рассказал.

Елена искала рабочего через объявление в интернете. Никаких документов, никаких проверок. Просто человек, готовый работать за деньги.

Следствие восстановило картину. Двадцать шестого сентября Елена приехала на участок. Протасов к тому моменту был пьян. Она осмотрела забор, осталась недовольна качеством. Сказала, что не заплатит за эту смену.

Словесная перепалка переросла в нападение.

Дальше — детали, которые известны только из показаний самого Протасова и данных экспертиз. Он нанёс удары. Елена потеряла сознание. Он перенёс её в вагончик. Привязал к стулу верёвками, найденными в помещении. Забрал сумку с ключами и телефоном. Вышел. Закрыл дверь.

Сел в её Рено Аркана. Уехал.

Женщина осталась в закрытом домике. Ещё живая.

Доехать далеко он не смог. Не справился с управлением — водительских прав у него не было, да и алкоголь давал о себе знать. Машина вылетела в кювет на дублёре Сибирского тракта. Врезалась в дерево.

Он выбрался через водительскую дверь. Забрал из салона сумку Елены. И ушёл в лес.

Дальше — деньги. В сумке были банковские карты. Следствие установило: с них сняли шестьдесят восемь тысяч рублей.

Телефон он выключил. Стал перемещаться по области на такси и частных перевозках. Двигался в сторону Каменска-Уральского.

Третьего октября его задержали.

Он вышел из продуктового магазина на проспекте Победы. В пакете — два батона, две палки колбасы, сигареты, пиво. Сотрудники уголовного розыска ждали его на улице. Задержание заняло несколько секунд. Сопротивления он оказать не успел.

Полковник Валерий Горелых потом расскажет журналистам: беглец пытался скрыться, заметив полицейских, но не успел.

На допросе Протасов признался. Сказал: конфликт был из-за недоплаты. Он был пьян.

Психиатрическая экспертиза признала его вменяемым.

В сентябре две тысячи двадцать четвёртого Белоярский районный суд вынес приговор. Пятнадцать лет лишения свободы. Первые три года — в тюрьме. Остальные двенадцать — в колонии строгого режима.

С него также взыскали компенсацию родственникам Елены.

Территория в Курманке так и осталась недостроенной. Забор — металлический профиль — который стал формальной причиной ссоры, так и не закончили.

А восьмилетний сын Елены остался без матери.