14-лeтняя Кaлинкa умepлa пocлe укoлa oтчимa. Poднoй oтeц 27 лeт иcкaл винoвoгo, a зaтeм пoхитил eгo, чтoбы дocтaвить в cуд

14-лeтняя Кaлинкa умepлa пocлe укoлa oтчимa. Poднoй oтeц 27 лeт иcкaл винoвoгo, a зaтeм пoхитил eгo, чтoбы дocтaвить в cуд

Линдау, Бавария, 10 июля 1982 года. Четырнадцатилетняя Калинка Бамберски проводила каникулы в доме матери и её мужа, немецкого врача Дитера Кромбаха. Девочка была здорова, ещё накануне занималась виндсёрфингом и ничто не предвещало трагедии. Но утром Калинку нашли без сознания в постели, а вскоре она умерла. Кромбах объяснил случившееся тем, что накануне сделал падчерице внутривенную инъекцию — по его версии, препарат должен был помочь ей быстрее загореть. Позднее выяснилось, что никакого отношения к загару эта процедура не имела. А вскрытие обнаружило целый ряд странностей, которые заставили отца девочки усомниться в официальной версии смерти.

Сам Андре Бамберски в тот момент находился во Франции. Калинка была его дочерью, и после известия о трагедии мужчина захотел понять, что произошло на самом деле. Ему было недостаточно объяснения о внезапной остановке дыхания. В медицинских материалах оставались вопросы: на теле девочки обнаружили следы нескольких инъекций, а эксперты зафиксировали и другие обстоятельства, которые вызывали подозрения. При этом часть материалов, имевших значение для дальнейшего расследования, позднее исчезла или не была исследована должным образом. Бамберски всё больше убеждался, что смерть дочери нельзя просто списать на случайность.

Однако немецкое расследование не привело к обвинительному приговору. В 1987 году дело было закрыто. Для Бамберски это стало только началом. Он продолжал добиваться нового расследования уже во Франции, собирал документы, изучал материалы, обращался к журналистам и юристам. Человек, который раньше занимался бухгалтерией и совсем не был профессиональным следователем, постепенно сам прошёл через огромный объём работы, которую обычно выполняют правоохранительные органы. Он пытался восстановить события той ночи по минутам и годами повторял одно и то же: он хочет знать, что произошло с его дочерью.

Постепенно дело стало международным. Французская сторона начала собственное производство, а в 1995 году суд во Франции заочно приговорил Кромбаха к 15 годам лишения свободы за действия, повлекшие смерть Калинки без намерения её убить. Но Кромбах оставался в Германии и отбывать этот срок не начал. Немецкая юстиция ранее закрыла своё дело, а его выдача Франции так и не состоялась. Формально приговор существовал, но для Бамберски это мало что меняло: человек, которого он считал ответственным за гибель дочери, продолжал жить на свободе.

И тогда началась уже совсем другая жизнь самого Андре. Он следил за переездами Кромбаха, разыскивал его адреса, обращался к людям, которые могли помочь установить местонахождение врача, распространял листовки с его фотографией. Бамберски даже создал объединение «Справедливость для Калинки» и годами пытался привлечь внимание к делу. Для него это давно перестало быть просто судебным процессом. В одном из интервью он говорил, что не успокоится, пока Кромбах не окажется перед французским судом.

mirror.co.uk

В этой истории был ещё один болезненный момент. Мать Калинки, Даниэль Гоннен, долгое время не разделяла подозрений бывшего мужа. Она продолжала доверять Кромбаху и вспоминала, что сама получала от него похожие инъекции. На суде много лет спустя она рассказывала, что тогда не могла представить, будто мужчина способен причинить зло её дочери. Для Андре это было тяжело: он десятилетиями добивался расследования, а самый близкий человек в этой истории долгое время не верил в его версию.

Но время шло, а Кромбах продолжал жить свободно. Более того, в 1997 году он уже получил в Германии условный срок по другому делу, связанному с преступлением против несовершеннолетней пациентки. Позднее он был осуждён и по делу о незаконной медицинской практике. Для Бамберски это стало ещё одним подтверждением его убеждённости в том, что человек, которого он разыскивает, действительно представляет опасность. Но главное оставалось прежним — добиться исполнения французского приговора всё никак не удавалось.

ria.ru

И вот в 2009 году произошёл поворот, которого уже невозможно было ожидать. Бамберски узнал, что Кромбах собирается покинуть Германию. За несколько десятилетий отец Калинки исчерпал практически все законные способы добиться его выдачи. Теперь он решил действовать иначе. Позднее он признал, что дал согласие на операцию по похищению врача, хотя утверждал, что сам непосредственно его не похищал. Трое мужчин приехали к дому Кромбаха в Германии, схватили его и вывезли во Францию.

18 октября 2009 года французская полиция получила сообщение о том, что рядом с судом в Мюлузе найден связанный мужчина. Это был Дитер Кромбах. Его руки и ноги были связаны, во рту находился кляп, на теле были следы травм. И самое необычное заключалось в том, что полиция знала, кто сообщил о его местонахождении. Это был сам Андре Бамберски. Он не пытался скрыться и практически сразу признал свою связь с операцией. Через 27 лет после смерти Калинки человек, которого французский суд уже однажды осудил за её гибель, наконец оказался во французской тюрьме.

Но теперь уже самому Бамберски пришлось отвечать перед законом. Он оказался на скамье подсудимых за организацию похищения человека на территории другой страны. И здесь возник почти невозможный для обычного уголовного дела вопрос: можно ли нарушить закон ради человека, которого сам считаешь преступником и которого государство не смогло доставить в суд? Прокурор отвечал однозначно: у государства есть свои процедуры, и частный человек не может самовольно заменять собой полицию и суд. Защита говорила о другом — о тридцати годах борьбы отца, который считал, что все остальные способы уже не работают.

baza.io

Тем временем Кромбах наконец предстал перед французским судом уже не заочно. Процесс начался спустя почти три десятилетия после смерти Калинки. На нём снова обсуждали ту самую инъекцию, медицинские документы, странности первоначального расследования и обстоятельства смерти девочки. Обвинение настаивало, что врач совершал насилие и использовал опасные препараты. Сам Кромбах не соглашался с такой трактовкой и отрицал свою вину в смерти Калинки. В 2012 году он был окончательно приговорён французской юстицией к 15 годам лишения свободы за насильственные действия, повлекшие смерть без намерения убить. Приговор в итоге стал окончательным.

Для Бамберски это означало главное: после тридцати лет борьбы Кромбах наконец получил реальный срок, а не оставшийся на бумаге заочный приговор. Но следом начался уже его собственный суд. В 2014 году Андре признали виновным в участии в похищении и приговорили к одному году лишения свободы условно. Двое непосредственных исполнителей также получили реальные сроки. Таким образом, отец добился того, ради чего боролся десятилетиями, но сам за последний шаг оказался по другую сторону закона.

Спустя годы эта история стала известна далеко за пределами Франции и Германии. В 2016 году вышел фильм «От имени моей дочери», основанный на истории Бамберски и Калинки. Но никакое кино уже не могло изменить главного: девочку нельзя было вернуть. Можно было только попытаться установить обстоятельства её смерти и добиться наказания для того, кого французский суд признал ответственным за произошедшее.