Пoдвoднaя мoгилa нa глубинe 83 мeтpa. "Нe cпacётe лoдку – вceх пocaжу"

Пoдвoднaя мoгилa нa глубинe 83 мeтpa. "Нe cпacётe лoдку – вceх пocaжу"

Капитан 3 ранга Ростислав Белозеров посмотрел на часы – 14:05, 22 августа 1957 года. Четвёртое учебное погружение за день проходило штатно. Подводная лодка М-351 плавно уходила на заданную глубину в семь метров неподалёку от Балаклавы.

"Срочное погружение! Поднять перископ! Погружаться на глубину 7 метров с дифферентом 2 градуса на нос!" – отчётливо прозвучала команда командира.

Через несколько секунд всё пошло не так.

Лодка вдруг резко наклонилась кормой вниз. Дифферент рос с каждой секундой. В шестой дизельный отсек хлынула вода – не до конца закрылась захлопка шахты подачи воздуха к дизелям, хотя сигнализация показывала, что всё в порядке. За несколько минут в отсек поступило более 40 тонн морской воды. Все попытки экстренного всплытия оказались бесполезными. М-351 стремительно проваливалась в глубину.

На глубине 83 метра подводная лодка с силой ударилась кормой о вязкий илистый грунт и замерла в почти вертикальном положении под углом 60 градусов. Все переборки внутри превратились в горизонтальные площадки. Передвигаться стало практически невозможно.

Но это было только начало кошмара.

Подводная лодка М-351 проекта А615 в море. Апрель 1962 года

Огонь под водой

Вода из затопленного шестого отсека через нарушенную давлением герметичность переборки начала проникать в седьмой кормовой отсек. Произошло замыкание в электрощите, вспыхнул пожар. Четверо подводников – матросы Пинчук, Цимбал, Фокин и старшина 2-й статьи Коданев — оказались в огненной ловушке.

Борьба за выживание началась немедленно. Моряки боролись с огнём в затопленном отсеке, включившись в изолирующие дыхательные аппараты. Седьмой отсек обесточили. Возгорание удалось ликвидировать.

Белозеров отдал приказ всем морякам из кормовых отсеков переходить в носовую часть. Матросы, задыхаясь в ИДА (Изолирующий Дыхательный Аппарат), пробирались через затопленный шестой отсек в пятый, где их уже ждали товарищи. Семь офицеров и 35 старшин и матросов оказались запертыми в стальной капсуле на глубине 83 метра.

Офицеры произвели расчёты. Кислорода хватит максимум на 70 часов. Провизии – на двое суток. Если за это время помощь не придёт, М-351 станет братской могилой.

Подводная лодка М-351 в море. Ноябрь 1962 года

"Не спасёте лодку – всех посажу"

Экипаж выпустил на поверхность аварийный буй, но его заклинило. Только спустя время буй всё же отделился от подлодки и всплыл, подав сигнал бедствия. Подводники об этом не знали и оставались в полном неведении – придёт ли помощь.

На поверхности в это время разворачивалась драма совсем другого масштаба.

Когда М-351 не вышла на связь в назначенное время, по флоту ударили в набат. К месту последнего погружения были высланы аварийно-спасательные силы. Аварийный буй обнаружили только около полуночи. Командир Белозеров едва успел по телефону доложить о ситуации на борту, как связь оборвалась – лопнул кабель буя.

О чрезвычайном происшествии доложили министру обороны СССР маршалу Георгию Жукову, который отдыхал в Крыму. Министр пришёл в ярость. Положение на флоте и без того было неблагополучным – недавно взорвался линкор "Новороссийск", погибло более 600 человек, затонула подводная лодка М-200. Ещё одна трагедия была недопустима.

"Во что бы то ни стало поднять М-351 с экипажем! Не спасёте лодку – всех посажу!" — такой приказ получил командующий Черноморским флотом адмирал Владимир Касатонов.

К месту аварии вылетел главнокомандующий ВМФ СССР адмирал Сергей Горшков. Прибыл начальник Главного штаба ВМФ адмирал Фокин. По всему флоту объявили боевую тревогу. С других флотов вылетели самые опытные водолазы.

В лодке наступала ночь

Внутри затонувшей лодки царила гнетущая тишина. Экипаж не сидел сложа руки. Все моряки перешли в первый носовой отсек, туда же снесли всё тяжёлое оборудование, пытаясь выровнять дифферент. Опустошили кормовую дифферентную цистерну. Ничто не помогало – лодка, глубоко увязшая кормой в иле, не шевелилась.

Попытались запустить главный осушительный насос, чтобы откачать воду. Из-за большой высоты всасывания помпа воду не брала.

Для поддержания морального духа на лодке организовали запись на увольнение в город – на тот момент, когда лодка вернётся в базу. Офицеры откровенно говорили с людьми о ситуации. От моряков ничего не скрывали. За исключением одного — что шансов на спасение почти нет.

Температура в отсеках падала. Если при затоплении внутри было +30, то постепенно температура опустилась до +15, а затем до +7 градусов.

Командир отдал приказ достать тёплое бельё и свитера из верблюжьей шерсти. Тут выяснилось страшное: из-за халатности капитан-лейтенанта тёплые вещи оставили на базе. Не взяли и гидрокомбинезоны для выхода из затонувшей подлодки.

Высокое содержание углекислоты сказывалось на самочувствии. Некоторые моряки теряли сознание, кто-то пребывал в полубредовом состоянии. От переохлаждения у нескольких человек началась дрожь.

Схема положения подводной лодки М-351 на дне

"Ты кто такой? Вон отсюда!"

На поверхности спасательные работы начались только днём 23 августа – спустя сутки после затопления. Общее руководство операцией взял на себя адмирал Касатонов.

К месту аварии подошло спасательное судно "Бештау", эсминцы, буксиры, катера. По инструкции "Бештау" должен был встать прямо над лодкой. Но начался пятибалльный шторм. Судно раскачивало на волнах, его постоянно относило от нужной точки.

Капитан 3 ранга Владислав Чертан, руководивший водолазными работами, поднялся на мостик, где находилось всё высшее руководство. Обстановка была накалённая.

Чертан обратился к командиру бригады и доложил, что его водолазы никогда не работали с подлодками проекта А-615. Им нужна аналогичная лодка, чтобы осмотреть её и разобраться, куда подключать шланги подачи воздуха, где находятся подъёмные рымы. Под водой будет очень сложно ориентироваться, если видишь такую лодку впервые, да ещё стоящую вертикально.

На капитана обратил внимание адмирал Касатонов.

"Ты кто такой? Почему находишься на мостике?" – закричал он.

Капитан ответил, что будет руководить действиями водолазов и ему срочно нужна подлодка для ознакомления.

"Вон отсюда!" – услышал он в ответ.

Но вскоре к месту операции всё же подошла подводная лодка проекта А-615. Водолазы начали изучать её устройство – как открывать крышки, куда присоединять шланги.

Первое погружение

Спустить водолазов в пятибалльный шторм было рискованно. Спусковое устройство сильно раскачивало из стороны в сторону. Но ситуация на затонувшей лодке была критической. Решили идти на риск.

Сначала спустили водолазный колокол для проверки. Его завертело на волнах, тросы напряглись до предела. Из-за сильной болтанки платформа запуталась в кабеле аварийного буя и оборвала его. Связь с подлодкой снова прервалась.

Прошло несколько часов мучительного ожидания. Экипаж М-351 находился в полном неведении.

Первых двух водолазов отправили вниз. Затонувшую лодку они не нашли. Тут же спустили ещё двоих, снабдив их кислородно-гелиевой смесью.

Военный врач высказал опасения по поводу целесообразности погружения в такой шторм. Адмирал Касатонов перебил его и, обратившись к водолазам, сказал:

"Ничего не бойтесь, идите смело под воду. Если обнаружите лодку, каждый получит по 500 рублей".

Водолазам дали трос, который они должны были закрепить к М-351. По нему должны были спускаться следующие.

Погрузившись, водолазы в свете фонарей начали разведку. На глубине 83 метра им разрешалось находиться не более 20 минут. Через 15 минут свет одного из фонарей осветил часть подводной лодки, стоявшей почти вертикально.

Казалось бы простое действие — зацепить трос у шестого отсека — оказалось непростой задачей и заняло много времени. Затем водолазы нашли оторвавшийся кабель аварийного буя и доставили его наверх.

Военный врач был в ярости — вместо положенных 20 минут водолазы находились под водой 43 минуты. Их немедленно отправили в барокамеру, где полагалось просидеть целые сутки.

Первый глоток свежего воздуха

Следующие водолазы забрались на нос лодки и закрепили направляющий трос. Затем подсоединили шланги вентиляции и подачи воздуха высокого давления.

Открыли клапаны. Экипаж М-351 наконец получил первую порцию свежего морского воздуха после суток подводного плена. Но тут же случилось новое ЧП — перестал работать клапан отсоса воздуха. Где-то пережало шланг.

Белозеров заметил, что в отсеках начало расти давление. Пришлось отдать приказ перекрыть клапан подачи воздуха. Связи с водолазами не было. Командир не мог сообщить наверх о случившемся. Наверху же полагали, что всё идёт успешно.

Когда связь восстановили, командиру сообщили:

"Держитесь! Сейчас будем вас вытаскивать!"

"Трос лопнул"

Спустя трое суток после затопления — в ночь на 26 августа — была предпринята первая попытка подъёма. Тросы закрепили к буксирам. Все понимали, что операция будет сложнейшей. Лодка увязла в грунте примерно на 10 метров. А если застряла в скалах, то шансы резко уменьшались.

Буксиры начали вытаскивать лодку. Экипаж почувствовал сильный толчок. Подводная лодка приняла почти горизонтальное положение.

"Дифферент начал уменьшаться! Ещё немного!" — доложил командир по восстановленной связи.

Но следующий рывок оборвал толстый стальной трос как нитку. Спасательная операция зашла в тупик.

Под воду вновь отправили водолазов заводить новые тросы. В это время Белозеров собрал экипаж.

"Ребята, трос лопнул. Сейчас водолазы заводят новые, но у меня есть опасения, что это будет не скоро. У нас нет времени. Нужно отправить трёх человек в кормовые отсеки и надуть их воздухом, а потом самостоятельно попытаться откачать воду. Это большой риск. Наверху мне запретили это делать. Но воздуха хватит на несколько часов. У нас нет другого выбора".

Для работы отобрали троих моряков. Они ушли в корму. За ними задраили дверь, отрезав от остального экипажа. Затем подали воздух из баллонов, который начал давить на воду в затопленных отсеках.

Моряки по очереди ныряли в ледяную воду, готовя насос к работе. Спустя время он заработал. Воды становилось меньше, лодка теряла вес.

Командиру приказали немедленно доложить о ситуации. Услышав, что они делают, Белозеров получил приказ:

"Немедленно прекратить все работы! Трос заведён, сейчас будем вытаскивать!"

Всё остановили. Насос выключили. Прошло полчаса. Никаких движений сверху не было. Белозеров понял, что произошло что-то непредвиденное. Он приказал вновь запустить насос.

Несколько попыток ни к чему не привели. Только через полтора часа насос заработал. Из шестого и седьмого отсеков откачали большую часть воды. Внутри подлодки осталось всего 10 тонн морской воды вместо 45. М-351 избавилась от критического веса. Положительная плавучесть была восстановлена.

Всплытие

26 августа в половине первого ночи вновь предприняли попытку подъёма. Экипаж продувал цистерны главного балласта.

М-351 резко дёрнулась. Все ощутили очень сильный рывок.

"Товарищ командир, лодка всплывает! Глубиномер показывает – дифферент увеличивается!" – донёсся взволнованный голос.

В два часа 30 минут при свете прожекторов подводная лодка буквально выскочила из воды, создав огромный фонтан, всего в нескольких метрах от спасательного судна. Ещё немного — и для спасателей это могло закончиться трагедией.

Когда открыли люк, у экипажа начала кружиться голова. В отсеках стоял шум — от перепада давления лопались приборы. Несколько моряков получили порезы от разлетающихся осколков стекла.

К лодке подошёл торпедный катер. Командир передал Белозерову записку, написанную карандашом:

"Командиру тов. Белозорову. Поздравляю вас и весь личный состав лодки с проявленным мужеством, смелыми и умелыми действиями при выводе лодки из аварийного положения. Главком. 02.50".

Более трёх суток (84,5 часа) подводного плена для экипажа М-351 закончились. Это был единственный случай в отечественной истории подводного флота, когда субмарина, потерпев аварию и затонув, спустя почти четверо суток вырвалась из бездны, не потеряв при этом ни одного человека.

Часть экипажа подводной лодки М-351 вскорре после спасения. 1957 год. Второй слеве - командир бч-5 инженер-капитан-лейтенант Мигачев В., с мячом - фельдшер старший лейтенант м/с Родин А., в центре - командир ПЛ капитан 3 ранга Р.А. Белозеров

Подводные лодки проекта 641Б

Эпилог

7 января 1958 года был подписан Указ Президиума Верховного Совета СССР о награждении личного состава ВМФ. Водолазов наградили орденами Красной Звезды и медалями "За боевые заслуги".

М-351 отремонтировали. Она прослужила до 1974 года, участвовала в съёмках фильма "Человек-амфибия", ходила в морские парады. В 1974 году её исключили из состава флота и разделали на металл в Севастополе.

История её спасения навсегда осталась примером мужества, профессионализма и несгибаемой воли к жизни советских подводников.