Зaбытый мaньяк из Гopькoгo: пoчeму дeлo Гeннaдия Ивaнoвa нe cтaлo тaким жe извecтным, кaк Чикaтилo

Зaбытый мaньяк из Гopькoгo: пoчeму дeлo Гeннaдия Ивaнoвa нe cтaлo тaким жe извecтным, кaк Чикaтилo

Осень 1980-го в Горьком выдалась тревожной. После шумной московской Олимпиады, когда вся милиция страны выдыхала с облегчением, здесь, в закрытом городе, пахло бедой. По улицам поползли тревожные слухи. Сначала шепотом, потом все громче. Кто-то бесследно пропал, кого-то нашли с ножевыми ранениями. Город, где каждый шаг, казалось, был под колпаком у компетентных органов, вдруг почувствовал себя беззащитным.

Всё началось с Нины Синициной. Молодая девушка, провизор из местной аптеки, не пришла домой после работы. На следующий день её нашли в районе проходной Горьковского автозавода. Следствие установило, что она стала жертвой насильственного преступления. При ней не было ни денег, которые она собиралась отнести за путевку в Болгарию, ни драгоценностей. Люди зашептались о грабителях, но что-то было не так.

Прошло всего несколько дней, и город содрогнулся вновь. Тело мужчины было найдено вблизи Московского шоссе. На месте происшествия были обнаружены следы насильственного воздействия. Особое внимание привлекло то, что рядом с телом лежали старые ботинки, а на ногах погибшего их не было — это указывало на то, что преступник мог иметь дополнительную мотивацию, выходящую за рамки простого хищения.

Вскоре произошло ещё одно нападение — на берегу Оки. Пострадавший получил серьёзные травмы, а его личные вещи исчезли. Особое внимание привлекла пропажа обуви — на этот раз речь шла о дорогих импортных туфлях. Серия подобных инцидентов за короткий срок в крупном городе вызвала обеспокоенность властей и правоохранительных органов.

Напряжение в Горьком нарастало с каждым днем. Информация о резонансных убийствах ушла в Москву. Местный обком партии требовал немедленных результатов, но оперативники буквально бились головой о стену. Зацепок не было. Версия о грабеже не выдерживала критики — зачем убивать ради старых ботинок?

Единственной ниточкой стал отпечаток пальца, который криминалисты нашли на смятой пачке Беломорканала недалеко от одного из мест преступления. Эксперты проверили картотеку — ничего. Человек с чистыми анкетными данными, не судим, не состоял на учете. Это обескураживало. Маньяк действовал как призрак.

Тем временем преступления продолжались. В поселке Нагулино в ночное время произошло нападение на молодую пару. Оба пострадавших скончались. Очевидец, вызвавший милицию, не смог точно описать обстоятельства. Однако полиция отметила, что нападение могло быть совершено группой лиц, что изменило направление расследования.

Это навело сыщиков на мысль о банде. Тем более, что вдоль трамвайных путей в последнее время орудовала шайка малолетних преступников. Во главе с парнем, которого в сводках описывали как высокого брюнета с бакенбардами. Все силы горьковской милиции бросили на их поимку.

Однажды вечером в почти пустой трамвай, следовавший через Ленинский район, ввалилась группа подростков. Старший, тот самый брюнет, подошел к кондуктору и, достав оружие, потребовал выручку. Он не успел опомниться, как его скрутили. Оказалось, что сонные пассажиры в вагоне — переодетые оперативники.

Главаря банды звали Сергей, ему было всего 17 лет. Бакенбарды, как выяснилось, он клеил для солидности. На допросе он сразу же признался в убийстве пары в Нагулино. Говорил, что они ему не понравились своим счастливым видом, и он хотел показать своим подручным свою крутость. Но на все остальные убийства, которые держали в страхе город, он даже отдаленно не походил. Следствие снова зашло в тупик.

А маньяк, тем временем, не собирался останавливаться. Его следующей жертвами стали две студентки. Девушки вышли ночью к телефонной будке, чтобы позвонить родным. Они думали, что вдвоем — безопасно. Они ошибались. Одна погибла на месте, вторая, с многочисленными ножевыми ранениями, успела добраться до больницы, но спасти ее не удалось. Перед смертью она успела рассказать оперативникам о нападавшем. Высокий, крепкий мужчина с бешеными глазами и звериным оскалом. С этого момента оперативники стали называть его «Зверем».

Слухи поползли по городу с новой силой. Горький охватила настоящая паника. Люди боялись выходить на улицы после наступления темноты. Рабочие отказывались выходить на ночные смены. Под угрозой оказался график работы Горьковского автозавода и других оборонных предприятий. Дело приняло государственный масштаб.

Из Москвы в Горький срочно вылетела специальная следственная группа. Столичные эксперты, изучив картину преступлений, выдвинули версию: маньяк — «гастролер». Он приезжает в город, совершает серию убийств и уезжает. Это объясняло, почему его не могут вычислить на месте. По всем регионам страны были разосланы ориентировки с подробным описанием преступлений.

Ответ пришел из Чувашии. Из небольшого поселка Вурнары сообщили, что там задержан ранее судимый Геннадий Иванов. Он в пьяной драке зарезал женщину. При обыске у его сестры, которая жила в Куйбышеве, были обнаружены золотые часы. Проверка показала, что их серийный номер совпадает с номером в паспорте часов, принадлежавших одной из жертв горьковского маньяка. Цепочка начала сходиться.

Из материалов уголовного дела

Геннадий Иванов, родившийся в 1947 году в Чувашии, трудился трактористом и отслужил в армии. После возвращения домой он был осужден за участие в конфликте, в результате которого погиб человек. Отбыв часть срока, он был освобожден досрочно. В период заключения он столкнулся с трудностями адаптации, что повлияло на его дальнейшее поведение и отношение к обществу.

Он устроился на Горьковский автозавод, но и там не прижился. Коллектив его не принял. Униженный и оскорбленный, он решил доказать себе и всем свою значимость. После увольнения с работы он начал регулярно приезжать в Горький, где, по мнению следствия, стремился реализовать свои амбиции, связанные с контролем над ситуацией и влиянием на других людей.

Он выбирал жертв, с которыми мог справиться один. Он нападал подло, из-за угла. Он забирал у них не только деньги, но и вещи — как трофеи, подтверждающие его власть. Своему младшему брату он хвастался, пытаясь втянуть его в свои преступления, рисовался своей силой и безнаказанностью.

Когда его задержали, он сначала держался нагло и уверенно. На допросах он вел себя как актер, разыгрывающий спектакль, требовал, чтобы его называли «Королем». Он был уверен в своей неуязвимости. Но эта уверенность рухнула в один миг, когда следователи предъявили ему железные доказательства. Часы у сестры. Показания выжившей жертвы, которая опознала его. Результаты повторной дактилоскопической экспертизы, которая однозначно связала его с отпечатком с пачки «Беломорканала».

Театр закончился.Король превратился в жалкого, рыдающего человека. Он валялся в ногах у оперативников, умолял о пощаде, искал снисхождения. Он, так легко отнимавший жизни у других, вдруг с ужасом осознал цену собственной жизни.

Суд был непреклонен. Пять доказанных жестоких убийств, совершенных за 82 дня, не оставляли места для милосердия. Геннадий Иванов был приговорен к высшей мере наказания — расстрелу. В 1982 году приговор был приведен в исполнение.

Так закончилась история горьковского зверя, маньяка, который в одиночку сумел парализовать страхом огромный промышленный центр. Его дело не стало достоянием широкой публики, как истории Чикатило или Портнова. Оно осталось одним из самых мрачных и малоизвестных эпизодов той эпохи, суровым напоминанием о том, что зло часто прячется за самой обыкновенной, ничем не примечательной внешностью.