Пocлeдняя бaндa Митинa. Кaк лoвили убийц, "кoшмapивших" Мocкву в нaчaлe 50-х?
Правдивая история "Черной кошки", прославленной Братьями Вайнерами в бессмертном романе "Эра милосердия" и позже воплощенная на экране режиссером Станиславом Говорухиным, разительно отличается от событий, происходивших в реальности. "Кошка" действительно существовала в послевоенной Москве, захлебнувшейся от бандитизма, но с упырями из фильма не имела ничего общего.
Банда состояла из восьми подростков с Пушкинской улицы, верховодил которыми шестнадцатилетний лидер. И погорели они на первой же квартирной краже.
Оперативники взяли их "тепленькими" и были поражены уровнем блатной романтики, вскружившей головы малолетним преступникам. У каждого на руке красовалась набитая черной тушью кошка, а дома у одного из них обнаружили манифест "Кодлы "Черная кошка" с правилами "новой блатной группировки".
Но прославились они не провалом, а ореолом, который создала вокруг них народная молва, не сильно разбиравшаяся в деталях и приписавшая им многие громкие преступления той поры.
А настоящим прототипом литературной "Черной кошки" стала Последняя банда Митина, действовавшая в столице в начале 50-х и поймать которую длительное время московские сыщики не могли.
Почему банду нарекли "последней", сегодня не скажет уже никто. Даже десяток лет спустя оперативники только разводили руками: так сложилось. Позже кто-то из журналистов предположил, что митинские нелюди были последними, кто орудовал при сталинском режиме и кого повязали перед самой смертью вождя народов в марте 1953 года. Правда ли это? Кто знает?! Но звучит красиво.
После голода, холода и разрухи страшной войны страна стремительно восстанавливалась. И столица в этом процессе была локомотивом, летевшим впереди. Витриной всеобщего благополучия. Москва прихорашивалась, наедала сытые бока. По сравнению с предыдущими годами полки центральных магазинов ломились от изобилия различной продукции.
Внешняя, показушная сторона города напоминала знаменитый разворот из книги «О вкусной и здоровой пище», изданной по инициативе самого Микояна, - вспоминал то время известный советский журналист и писатель Эдуард Хруцкий.
Немудрено, что на фоне всеобщего благополучия, несмотря на непрестанную работу правоохранителей, бандитизм не очень охотно уступал место порядку.
Последняя банда Митина начала свой нетрудовой путь (хотя, как позже выяснят сыщики, входили в нее именно что представители трудового народа и даже передовики) в марте 1950 года. Тогда в магазин №61 Тимирязевского района вошли трое в гражданском и произнесли страшное слово из трех букв: МГБ.
Обыватели если и не боялись госбезопасности, то священный трепет испытывали точно. Что уж говорить о представителях сферы торговли. Угрожая оружием тройка из МГБ загнала работников и редких посетителей магазина в подсобку, "изъяла" несколько рулонов дорогой и дефицитной ткани, а также 68 тыс. рублей и благополучно скрылась в неизвестном направлении.
Сегодня эта сумма кажется смешной, но в 1950-м году это было целое состояние, обладатель которого запросто мог стать счастливым обладателем нескольких автомобилей или дачных домиков в престижном Переделкино или на Николиной Горе.
Денег преступникам хватило ненадолго: уже в ноябре они вновь совершили дерзкий налет на промтоварный магазин пароходства Канала имени Москвы, похитив более 24 тысяч рублей, а в начале декабря "взяли" магазин на улице Кутузовская Cлобода, где их добычей стали 62 тысячи рублей.
Пока всё проходило бескровно, но сыщики, сбившиеся с ног в поисках преступников, не сомневались, что при таком размахе и удали первая кровь - лишь вопрос времени.
Сорвав солидный куш, бандиты могли бы успокоиться и еще долго жить припеваючи, куда лучше, чем большинство сограждан. И вряд ли бы были пойманы, т.к. у милиции практически не находилось зацепок: агентура молчала, оружие они не применяли, краденое не сбывали, потому что забирали в основном только деньги. Но преступный кураж, чувство безнаказанности, замешанное на вседозволенности, кружили голову.
И первый выстрел прозвучал. Банда записала на свой счет первую смерть.
1 февраля 1951 года оперуполномоченный Ховринского отдела милиции капитан Кочкин совместно с участковым Филиным совершали рутинный обход территории. Москву сковали морозы, пронзительный ветер гнал с улицы погреться, и когда милиционеры зашли в магазин, продавщица подозрительно указала на троих молодых людей, куривших поодаль: один из них уже несколько раз заходил в магазин и, ничего не покупая, возвращался к друзьям.
Рутина, она и есть рутина. Едва ли Кочкин придал большое значение поступившему сигналу от бдительной работницы сферы торговли. Мужчины были хорошо одеты, на уркаганов, готовившихся взять магазин, вовсе не походили. Но не отреагировать было нельзя: порядок - на то порядок и есть, что решительных действий требует.
Подойдя к троице, милиционеры попросили предъявить документы. Но получили вооруженный отпор. Один из бандитов трижды выстрелил в Кочкина, убив его на месте. Участковому повезло больше: в него не попали. А пока он пытался выхватить табельный ТТ из-под полы шинели, преступникам удалось скрыться.
Улики по уголовному делу банды Митина
Убийство сотрудника милиции при исполнении стало хлесткой пощечиной всей правоохранительной системе Москвы. Начальство в высоких кабинетах рвало и метало, требуя скорейшего раскрытия. Но это было только начало.
11 марта 1951 года бандиты устроили стрельбу в забегаловке "Голубой Дунай", которую местные любовно называли "Синий платочек". В тот день участковый 100-го отделения милиции, старший лейтенант Михаил Бирюков, отработав сутки и сдав смену (вместе с табельным пистолетом), зашел снять стресс после дежурства кружкой пива перед походом домой.
Молодые люди мирно пили за соседним столом, а затем двинули к кассиру, выхватив оружие. Милиционер, помня о служебном долге, бросился им наперерез.
Участковый погиб на месте, вместе с ним бандиты застрелили мастера фабрики ширпотреба Корсунского и еще нескольких посетителей ранили беспорядочным огнем, открытым сразу из нескольких стволов. До приезда опергруппы преступники успели скрыться, в этот раз оставшись ни с чем.
Уже к вечеру информация о преступном беспределе, захлестнувшем столицу, дошла до Кремля. А ночью с первым секретарем Московского горкома Никитой Сергеевичем Хрущевым связался секретарь Сталина Поскребышев, сказал, что Иосиф Виссарионович недоволен разгулом криминалитета на вверенной ему территории.
Какие эмоции испытал Никита Сергеевич, можно только догадываться. Только отгремело Ленинградское дело, по которому почти 30 человек были расстреляны, остальные приговорены к длительным срокам заключения. Но уже утром он устроил фирменный разнос московской и и областной милиции, которая в ответ могла только развести руками. Дело уже находилось на контроле у министра госбезопасности СССР Виктора Абакумова, но следствие не продвигалось вперед ни на шаг.
Сыщики уже подняли "на уши" весь столичный криминалитет, опросили авторитетов и воров в законе, навели шороху в малинах, но все как один клялись: не мы! И это была сущая правда. Бандиты никак не контактировали с криминальным миром, не пропивали деньги в злачных местах, по пьяни не хвастались своими достижениями. Их будто бы и не существовало вовсе. Если бы не кровавые преступления...
27 марта 1951 года они совершили налёт на Кунцевский торг, застрелив директора, попытавшегося оказать сопротивление. Однажды перейдя границу дозволенного, убийцы уже не собирались останавливаться, собирая свою кровавую жатву.
Каждое следующее преступление забирало жизни простых советских граждан.
Сейчас это кажется дико: зачем безоружному гражданскому лицу пытаться остановить вооруженных нелюдей? Но тогда время было иное. Только отгремела война, люди начинали новую жизнь, грезили той самой "Эрой милосердия", о которой позже написали Братья Вайнеры, веря, что она обязательно наступит, подарив всем жителям большой страны всеобщее благоденствие. Как можно бояться в таких условиях каких-то упырей с наганами, которые самим своим существованием ставят под угрозу все надежды и мечты? Пуганый народ был после войны. И в то же время мечтательный.
При налете в подмосковных Снегирях бандиты застрелили сторожа. Месяц спустя напав на пивную они убили мужчину, пытавшегося защитить продавщицу. Женщина получила ранение, но осталась жива. В продовольственном магазине №13 при разбойном нападении были ранены кассирша и продавщица, на улице преступники убили участкового 111-го отделения милиции, который, не зная о преступлении, решил проверить документы у подозрительных молодых людей.
Их могли бы поймать на станции Удельная, когда двух хмельных молодых мужчин, выделявшихся наглым поведением, в пивной заметили постовые милиционеры. Из-за возникшего подозрения, что они могут быть вооружены - в кармане одного из них милиционер будто бы заметил рукоять пистолета - брать их решили на улице, чтобы избежать возможных жертв.
Но бандиты заметили правоохранителей и дали деру, скрывшись в лесу. В результате огня, открытого с обеих сторон, никто не пострадал.
За три года своей криминальной деятельности Последняя банда Митина совершила 28 разбойных нападений, 11 убийств (трое из погибших - сотрудники милиции), ранили 18 человек. Их добычей стало более 300 тысяч рублей.
Но в январе 1953 года при налете на сберкассу в Мытищах они совершили свой первый прокол. Увидев грабителей, кассир успела нажать на кнопку. В отделении милиции раздался сигнал тревоги. Однако вместо того чтобы выслать оперативную группу, дежурный снял трубку телефона и позвонил.
- Сберкасса?!- Нет, стадион! - ответил мужской голос.
Из-за нерасторопности дежурного преступники успели уйти, прихватив с собой 80 тысяч рублей, но забыли обойму от ТТ и свои галоши. А следствие задалось вопросом: почему ответивший на телефонный звонок мужчина назвал именно стадион? Не имеют ли бандиты какое-то отношение к спорту.
Именно эту версию современные журналисты считают прорывной, запустившей цепь событий, позволивших в конце концов довести уголовное дело до суда. Что не совсем верно.
Оперативники начали отрабатывать стадионы и многочисленные спортивные общества в Москве и области, выискивая какие-либо странности. И вскоре им действительно улыбнулась удача. В Красногорске недалеко от спортивной арены некий студент Московского авиационного института Вячеслав Лукин, отличник, спортсмен и комсомольский активист выкупил целую бочку пива и угощал своих друзей.
Оперативники отработали близкое окружение Лукина, и выяснили, что все там - сплошь рабочие с оборонных заводов Красногорска, комсомольцы, ударники труда. А одного из них, мастер смены авиаремонтного завода № 34 Ивана Митина даже представили к ордену Трудового Красного Знамени.
Неужели опять пустышка? Тогда откуда деньги, благодаря которым молодежь кутила на широкую ногу?
Может быть, и погуляли бы налетчики еще немного, если бы не агент с псевдонимом «Мишин», - приоткрыл завесу тайны над оперативной работой Эдуард Хруцкий.
Агентом Мишин был идейным. Битый жизнью уголовник, пользующийся авторитетом в своей среде, сам пришел в милицию, желая покончить с криминалом. И это казалось удивительным. Но так сложилась жизнь. Выйдя на свободу после очередной отсидки, он узнал, что единственный родной человек, в котором он души не чаял, сестра, прощавшая ему многое, стала жертвой неизвестных гопников, зарезавших её "за копейку". Тут-то в нем и взыграла жажда справедливости и ненависть ко всему криминальному. Так что работал Мишин на совесть.
Под предлогом, что ему надо провернуть стоящее дело он раздобыл ТТ у одного из многих, кто постоянно пасется в возлекриминальных кругах, но на кого милиция просто так не выйдет. Эксперты отстреляли "ствол" и - о, чудо! - он оказался с одного из налетов.
Оружейник владельцем пистолета не был, в разговоре с Мишиным признал, что лишь хранит оружие у себя, выдавая его хозяевам по необходимости. Попадись преступники милиционерам, никогда бы не доказали их причастность к убийствам. Схема почти идеальная!
Иван Митин и Вячеслав Лукин
За оружейником установили слежку и вскоре зафиксировали факт передачи "стволов" бандитам. И каково же было удивление оперативников, когда они узнали Митина и Лукина. Круг замкнулся!
Активных членов банды - в общей сложности 12 человек - сыщики установили в течение суток. А затем - ежедневная рутина. Брали их ночью, в теплых постелях. Так, чтобы никто даже не подумал открыть огонь.
Преступники не стали запираться, сотрудничали со следствием, даже бравировали своими успехами. И видавшие виды милиционеры только диву давались, как неглупые и целеустремленные молодые люди встали на путь криминала. Но жадность умеет охмурять даже самые изощренные умы.
Суд приговорил лидера банды Ивана Митина и его подельника Александра Самарина, участвовавшего в убийствах, к исключительной мере наказания - расстрелу. Остальные члены банды были осуждены на срок от 10 до 25 лет. Получивший 25 лет лишения свободы Вячеслав Лукин безуспешно пытался бежать из мест заключения, узнав, что его отец, не выдержав позора, попал в психиатрическую клинику и вскоре скончался.
Лукин отсидел все 25 лет. Вышел на свободу уже в 70-е, но умер через год от туберкулеза.
Приговор в отношении Митина и Самарина был приведен в исполнение в ноябре 1953 года в Бутырской тюрьме...
