Дeвушкa «нa paз» для Лoмoнocoвa
Эту некрасивую историю он бы хотел забыть. Сам прекрасно понимал, что поступил дурно… Но страх оказаться в немилости, а то и похуже, заставил молодого ученого просто сбежать. И вот теперь перед ним стояла девушка, оставленная им в Марбурге.
— Я разыскала вас, — холодно произнесла Елизавета, — мне помогли в русском консульстве.
Теперь ничего не оставалось, как перед всеми признать свой грех.
Эту девушку он повстречал в немецком городе, где Михаилу Ломоносову предстояло учиться. Барон Корф, отправлявший талантливых молодых студентов из России за границу, строго наставлял:
«Я наслышан, каковы нравы тамошних студентов, а поэтому бойтесь — женщин, в и н а и та ба ка …Я верю, что вас ждёт великое будущее…».
Учеба занимала большую часть времени, а жить студентам разрешалось «на квартирах». Ломоносов снял комнату у вдовы Цильх – это была почтенная женщина, которая когда-то не знала недостатка в деньгах. Дело было в том, что Генрих Цильх варил самый популярный в Марбурге напиток, да успешно его продавал. Однако с его кончиной дело разладилось, и чтобы пополнить кошелек, вдова Цильх сдавала помещения студентам.
Елизавета, ее дочь, родилась 22 июня 1720 года, в тот же самый год, когда не стало матери Ломоносова. Мальчик очень тосковал по ней, ведь он был к ней невероятно привязан. Вспоминал звук ее голоса, ее ласковые прикосновения, песни, которые она пела… Когда отец привел в дом мачеху, все изменилось для маленького Миши. Вторая жена отца не скрывала, что ей не нужен чужой ребенок и от него было бы неплохо избавиться.
Тогда отец придумал, что Мишу надо пораньше женить, да отправить в другой дом примаком… От этой участи молодой человек и сбежал, куда глаза глядят. Впрочем, глядели они зорко и правильно – в столицу. Ну а там Михаил Ломоносов сумел проявить себя, да так, что оказался в списках студентов, которых отправляли учиться за границу.
Дом номер два в узком переулке Вендельгассе состоял из четырех этажей и у него был маленький уютный внутренний дворик. Первая встреча с Елизаветой состоялась именно там – она выходила со служанкой по каким-то делам, а студент Ломоносов возвращался с книгами после учебы. Они коротко приветствовали друг друга, а общаться начали уже позже.
Русские студенты и их немецкие сверстники довольно быстро подружились и часто проводили время вместе. Позже один из них, по фамилии Пюттер, расскажет, что Ломоносов был одним из самых серьезных молодых людей и большую часть денег расходовал на книги и на аренду комнаты у фрау Цильх. Тогда в плату входил и «стол», то есть, мать Елизаветы готовила не только для себя и дочери, но и для постояльцев. Разумеется, не сама! У вдовы имелась повариха, которая приходила рано утром.
Учитель Ломоносова, Христиан Вольф, называл его своим любимым учеником. Особенно отмечал в своих отчетах, что Михаил никогда не пропускал занятий и был прилежен в учении. Но в редкие свободные минуты он начал все чаще обращать свое внимание на Елизавету Цильх.
«Любовь есть склонность духа к другому кому, чтобы из его благополучия иметь услаждение». – писал в это время Ломоносов.
Он был из поморов, где существовали свои представления о любви и долге. Семья – это накрепко, навсегда, это больше про обязанности, чем про чувства. Любить же… оказалось сладко, но Ломоносов и мысли не допускал о браке. Елизавета Цильх была иноверкой, немкой, а браки с людьми другого вероисповедания в России воспринимались очень плохо.
Все помнили печальную историю князя Голицына, которого за брак с итальянкой сурово наказала императрица Анна Иоанновна: разжаловала, превратила в шута, да женила на карлице. Брак с южной красавицей перед этим аннулировали, а Голицыну дали прозвище Квасник и заставляли плясать перед государыней.
Ломоносов не хотел для себя такой же участи. Но все же, в 1739 году, им с Елизаветой пришлось объясниться. Кто она для него? Девушка «на раз», или все-таки избранница? Михаил и сам не мог ответить на этот вопрос. Однако фрейлен Цильх ждала ребенка… 19 ноября 1739 года на свет появилась Катерина Елизавета, в метрике которой значилось «незаконнорожденная». Союз Михаила и Елизаветы не был освящен в церкви! Но 26 мая 1740 года, под нажимом будущей тещи и очень встревоженной своим положением Елизаветы, Ломоносов все-таки уступил. В церкви реформаторской общины Марбурга они заключили брак, который вряд ли имел силу в России… Вполне вероятно, что будущий академик и пошел на этот шаг, потому что понимал его формальность.
А потом он уехал… По одной версии, Ломоносов клятвенно пообещал Елизавете, что вызовет ее в Россию (хотя у него не было средств для содержания семьи), по другой – он попросту сбежал, когда время учебы подошло к концу. Он провел в Марбурге четыре года и теперь Родина ждала его назад, применить те знания, которые он получил, благодаря русской казне. 8 июня 1741 года Ломоносов добрался до Петербурга.
В это время тяжело заболела вдова Цильх. Сходя в Вечность, она потребовала от Елизаветы, чтобы та обязательно поехала за мужем. Но молодая женщина ждала ребенка… Она решила отложить свое путешествие в далекую Россию, пока не родит. 1 января 1742 года на свет появился Иоханнес – малыш, которого его собственный отец никогда не увидит. Почему? Иоханнесу судьба отвела только один месяц жизни. А потом несчастной Елизавете пришлось закрывать глаза матери.
Пережитые потрясения окончательно убедили Елизавету, что ей пора в дорогу. Но она не знала адреса Ломоносова… Тогда, решительная и серьезная, она направилась в русское посольство, где потребовала выдать ей все данные о Михаиле. Он ее муж! Он отец ее детей! Она имеет полное право знать.
Она встретила полное понимание и сочувствие. Ей рассказали, что Ломоносов находится в столице, что у него есть жалованье и даже две комнаты. На 360 рублей в год Михаил вполне мог бы вести образ жизни семейного человека. Тем более, что ему прочили большое будущее. Узнав об этом, Елизавета начала сборы в Россию. На тот момент от самого Ломоносова она не получала никаких известий…
Ломоносов на родине был поглощен своей работой. Но у него имелись и проблемы: Шумахер, управлявший Академией наук, очень заметно разделял немецких и русских сотрудников. Те, что прибыли из-за границы, были обласканы и получали привилегии. А вот такие, как Ломоносов, оставались в стороне. Однажды Михали так бурно возмутился этой несправедливостью, что был отправлен под домашний арест на семь с половиной месяцев. Его освободили только при условии, что он будет нижайше просить прощения. Ломоносову пришлось это сделать…
За время ареста он много писал, изучал физику и химию, даже создал несколько работ по разным тематикам. Ему не платили жалованье, поэтому он потратил все, что удалось скопить. Когда срок ареста подходил к концу, Михаил нижайше умолял руководство помочь ему деньгами, и ему выделили… пять рублей.
Его финансовое положение выправилось намного позже – в 1746 году. Ломоносову выправили оклад в 660 рублей, поскольку он уже являлся профессором химии. Причем эту сумму Михаил в прошении указал сам, потому что «химическая наука состоит не только в одной теории, но и в весьма трудной практике, которая и здравью вредительна бывает».
В русском посольстве, тем временем, для Елизаветы Цильх выделили сто рублей на дорогу в Россию. Деньги лично передавал граф Бестужев-Рюмин, и это заметно улучшило настроение брошенной женщины. В путь она отправлялась не одна, а с братом и своей четырехлетней – на тот момент – дочерью.
И это стало полной неожиданностью для Ломоносова. Елизавета! Напоминание о светлых и сладких днях…
— Решайте, кто я вам. Девушка «на раз», или законная жена, — сурово произнесла Елизавета.
Он выбрал. Несколько дней спустя, приняв православие, Елизавета Цильх и Михаил Ломоносов были заново повенчаны в России, но уже в православной церкви. После этого решительная женщина стала носить имя Елизаветы Андреевны Ломоносовой.
Михаил и Елизавета оказались вполне счастливой семейной парой. 9 сентября 1757 года они въехали в собственный дом, в центре Петербурга, который был построен по чертежам самого Ломоносова. Это был прекрасный двухэтажный особняк с видом на Мойку, где имелись, помимо прочего, лаборатория, сад и даже небольшой огород.
К ним приходили гости, но в целом у Ломоносовых приветствовали тихую жизнь. «Жена и дочь моя, — писал Михаил, — привыкли сидеть дома и не желают с комедиантами обхождения».
Впрочем, на придворных балах и маскарадах Михаил Васильевич бывал вместе с женой.
Если же случались праздники, то отмечали их у Ломоносовых широко. Матрена Евсеевна, племянница Михаила, которая жила с ними какое-то время, рассказывала:
«На широком крыльце накрывался дубовый стол, и сын Севера пировал до поздней ночи с весёлыми земляками своими, приходившими из Архангельска на кораблях и привозившими ему обыкновенно в подарок мочёной морошки и сельдей. Точно такое же угощение ожидало и прочих горожан, приезжавших по первому зимнему пути в Петербург с трескою».
7 июня 1764 года дом Ломоносовых посетила императрица Екатерина Вторая. После этого потребовала ответного визита – чтобы супруги навестили ее во дворце.
Елизавета Андреевна совершенно освоилась в России и наслаждалась тихой семейной жизнью. Известно, что она сажала цветы у своего дома, разводила кур и просто обожала кошек. Она беспокоилась о здоровье мужа, которое резко ухудшилось в 1762 году, и сама готовила для него снадобья. Дочь помогала матери ухаживать за отцом.
Эта девочка, в России названная Еленой, за месяц до кончины отца получила благословение на брак с главным библиотекарем Императорской библиотеки Алексеем Константиновым, сыном брянского священника. Избранник был на двадцать один год старше Елены и почему-то совсем не нравился Ломоносову. Тем не менее, 15 сентября 1766 года, бракосочетание состоялось. Впоследствии Елена получила в наследство фабрику в Усть-Рудице, столичный дом и изрядное денежное пособие (в память о Ломоносове). К сожалению, дочь академика скончалась молодой в 1772 году. На тот момент у нее уже было четверо детей.
Одна из внучек Ломоносова вышла замуж за Раевского. И уже ее дочь, Мария, стала женой декабриста Волконского, с которым разделила ссылку в Сибирь.
А все началось с того, что одна решительная женщина не стала оплакивать свою судьбу и поехала в далекую Россию.
