Oтeц иcкaл дoчь 10 днeй и нaшёл нa тepикoнe. Дeлo Кaти Лыткинoй
В августе 2016 года Нововолынск не спал. Люди собирались у райотдела полиции и требовали объяснить: почему тело шестнадцатилетней Кати Лыткиной нашёл отец, а не они.
Он искал её десять дней.
Терикон возле шахты номер три — огромная насыпь пустой породы. Местные подростки ходили туда встречаться. Взрослые обходили стороной. Сергей Лыткин поднимался туда снова и снова.
Вечером одиннадцатого августа он заметил кроссовки дочери у дерева на вершине. Потом увидел тело. Лицо закрывали волосы. Мужчина наклонился, пытаясь разглядеть знакомые черты, но не смог.
Катя вышла из дома первого августа около одиннадцати вечера. Сказала бабушке, что вернётся через пять минут. Нужно было отдать бывшему парню диски и рисунки. С собой она не взяла ни очки, ни линзы — только телефон.
Бабушка плохо видела. Она не придала значения ни позднему времени, ни тому, что внучка ушла почти без ничего.
Родители Кати жили отдельно. Девочка осталась с бабушкой. Когда Катя перестала отвечать на звонки и сообщения, они начали обзванивать всех.
Тишина. Никто не знал, где она.
Только третьего августа бабушка подала заявление в полицию. К исчезновению отнеслись спокойно. Шестнадцать лет, лето, каникулы. Классика: нагуляется и вернётся.
Сергей знал дочь лучше. Она готовилась к поступлению, прошла по конкурсу в университет, строила планы. На четвёртое августа была назначена поездка во Львов — вместе с отцом, отвозить документы.
Катя не могла исчезнуть, никого не предупредив.
Пока полиция ждала, что девочка образумится, Сергей ездил по городу. Он осматривал териконы возле шахт, разговаривал с одноклассниками, соседями, знакомыми. Мать ходила между гаражами и прислушивалась — вдруг из-за металлических ворот донесётся голос дочери.
На момент обнаружения тела прошла уже неделя с лишним. На бумаге полиция вела поиски. Кого-то опросили, что-то проверили. Настоящей поисковой операции не было. Терикон никто не прочёсывал.
Система заработала только после того, как искать живую Катю стало поздно.
Первый обыск провели в доме Назара Статочнюка. Сосед Лыткиных, учился с Катей в одной гимназии, знал её много лет. У него изъяли телефон. Внутри стояла карта памяти, принадлежавшая Кате.
Карта памяти пропавшей девочки оказалась в телефоне соседского подростка.
Экспертиза установила: телефон Назара зарегистрировал эту карту второго августа в два часа ночи. Именно к этому времени следствие относило гибель Кати. Получалось, флешку переставили в другой аппарат практически сразу после её смерти.
Двадцатого августа под небольшим мостом неподалёку от терикона нашли разбитый телефон Кати. На корпусе сохранился чёткий отпечаток пальца. Позже бабушка Кати утверждала, что этот след исчез из материалов дела.
Назару предъявили обвинение. Он отрицал всё. Говорил, что карту нашёл случайно. Где именно и при каких обстоятельствах — вспомнить не мог.
Когда-то Катя встречалась с Максимом Терлецким. Двоюродным братом Назара. Родители Максима эмигрировали в Словению, но летом он приезжал в Нововолынск, останавливался у тёти. Дома Лыткиных и Статочнюков стояли по соседству.
Катя рассталась с Максимом примерно за два года до трагедии. Отношения закончились, но вражды не было. Они переписывались, общались спокойно. У Кати был другой парень, Мирон.
В тот вечер она шла к Максиму, чтобы вернуть вещи и поставить точку. По дороге случайно встретила Мирона. Разговор на ходу, несколько фраз. Катя улыбнулась и сказала, что Максим в последнее время снова начал оказывать ей знаки внимания. Ей это казалось странным.
В то же время Катю заметила работница швейной фабрики, возвращавшаяся с ночной смены. Она видела, что девочка гуляла с двумя парнями. Все трое направились к терикону возле шахты номер три. Пойти туда предложила сама Катя.
В материалах дела всплыла история, без которой трудно понять всё остальное.
Когда Катя ещё встречалась с Максимом, она отправила ему личный снимок. Он предназначался только ему. Максим переслал его Назару. Тот начал рассылать снимок знакомым. Вскоре он появился в одной из нововолынских подростковых групп ВКонтакте.
Для шестнадцатилетней девочки это было не просто унижением. Катастрофа. Снимок увидели одноклассники, знакомые, ровесники.
Назар не собирался останавливаться. Подруга Кати, Елена Чёрная, позже рассказала в суде: он показывал снимок приятелю и грозился распечатать его и развесить по всей гимназии.
Вмешалась классный руководитель, Татьяна Малеева. Она потребовала прекратить травлю. Предупредила: иначе подключатся администрация, родители, полиция.
По словам Елены, за поведением Назара могла стоять ревность. Стоило Кате упомянуть Максима, как Назар начинал нервничать, реагировал агрессивно.
Судьба свела их снова летом 2015 года. Максим приехал в Нововолынск, предложил Кате встретиться. Она согласилась, но одна идти не хотела — попросила Лену составить компанию. Навстречу пришёл и Назар.
Катя и Максим разговаривали возле её дома. Елена и Назар ждали в стороне. Всё прошло спокойно. После разговора Катя вернулась в хорошем настроении.
Казалось, они наконец всё выяснили.
Примерно через год Кати не стало.
Максим уехал в Словению через два дня после исчезновения Кати. Обычно он проводил в Нововолынске всё лето. Перед отъездом удалил свою страницу в соцсети, перестал выходить на связь.
Назар тоже почти неделю отказывался что-либо объяснять.
Следователи разговаривали с Максимом по видеосвязи. Сначала он проходил свидетелем. Подтверждал, что виделся с Катей в тот вечер, но настаивал: больше ничего не знал, не видел, не слышал.
В марте 2017 года его объявили подозреваемым и отправили в международный розыск. Украина направила Словении запрос о выдаче.
Экстрадиция заняла почти год. Десятого января 2018 года его задержала словенская полиция. Через три месяца доставили самолётом в Борисполь. В тот же день вручили уведомление о подозрении и отправили в СИЗО.
На следственном эксперименте Терлецкий частично признал вину. Он показал, где они встретились с Катей, каким путём поднялись на терикон, как переносили тело.
По его версии, они с Катей сидели на камнях, говорили, слушали музыку с её телефона. Минут пятнадцать. Потом на тропинке появился Назар с рюкзаком. Сказал, что Максима зовут домой, потребовал уйти.
Катя испугалась, схватила Максима за руку. Он предложил спуститься всем вместе. Катя решила остаться. Попросила его пойти вперёд, пообещала догнать.
Максим пошёл вниз. Отошёл метров на тридцать. Услышал позади звук падения, затем несколько глухих ударов. Вернулся на вершину и увидел Катю на земле. Рядом стоял Назар, держа в руке бейсбольную биту.
По словам Максима, он оцепенел. Назар пригрозил ему и приказал молчать. Вдвоём они понесли Катю вниз по крутому склону. Оставили в зарослях на небольшой поляне возле дерева.
Вернулись на вершину, чтобы скрыть следы. Назар вытер биту о траву, собрал пепел с потухшего кострища и засыпал им место, где остались следы.
По дороге домой остановились возле небольшого мостика. Назар достал Катин телефон, вынул батарею и сим-карту, а карту памяти забрал себе. Разбил аппарат и бросил обломки под мост.
После этого Назар включил на своём телефоне весёлую музыку и шёл, размахивая руками, словно был чем-то доволен. Биту спрятал в сумку и убрал в шкаф. Потребовал от Максима молчать, добавив, что местная полиция всё равно не станет их искать.
Версия получалась для Терлецкого почти спасительной. В момент нападения он якобы находился в тридцати метрах. Ударов не наносил. Скрыть тело помог лишь потому, что испугался угроз. Основная вина ложилась на Назара.
Подтвердить этот рассказ мог только сам Статочнюк. Но показаний он не дал.
Следствие не поверило, что роль Максима ограничивалась присутствием и помощью в сокрытии тела. В его рассказе обнаружили расхождения с другими материалами дела. Обвинение считало: к гибели Кати причастны оба.
В суде Максим повторил версию, изложенную на следственном эксперименте. Виновным себя не признал, но попросил прощения у родителей Кати.
Затем слово дали Назару. Он ограничился одной фразой: показания двоюродного брата он не станет ни подтверждать, ни опровергать. Судья дважды уточнила: означает ли это отказ от дачи показаний? Назар ответил утвердительно.
Защита Статочнюка делала упор на уязвимые места обвинения. Орудие так и не нашли. Карта памяти Кати связывала его с вещами погибшей, но сама по себе не доказывала, что удары наносил именно он.
Во время экспертизы восстановили переписку Назара ВКонтакте. Среди сообщений обнаружилась короткая реплика: «Я дьявол». Сама по себе подростковая бравада ничего не доказывала. Но теперь, когда её зачитывали в суде, звучала она совсем иначе.
В суд вызвали и классного руководителя Назара. Она описала Статочнюка как самого обыкновенного подростка. Учился посредственно, зато был вежлив со взрослыми, соблюдал дисциплину. В трудных ситуациях часто плакал. Из серьёзных проступков вспомнила лишь один случай: Назар бросил петарду в школьный умывальник.
Слушая эту характеристику, можно было подумать, что речь идёт о совершенно другом человеке.
Двадцать шестого марта 2019 года суд огласил приговор. Назара Статочнюка признали виновным и назначили ему 14 лет и 6 месяцев лишения свободы. Максим Терлецкий получил на год меньше — 13 лет и 6 месяцев.
Разницу суд объяснил поведением Терлецкого после экстрадиции. Он попросил прощения у родителей Кати, дал подробные показания, участвовал в следственном эксперименте. Суд расценил это как раскаяние и частичное содействие расследованию.
Назар вину не признал, от показаний отказался, к родителям погибшей не обратился.
Один вопрос так и остался без ответа.
Зачем они это сделали?
Убедительного мотива следствие не установило. Можно говорить о ревности, обиде, желании контролировать Катю. Назар распространял её личный снимок, болезненно реагировал на упоминание о Максиме. Всё это позволяло строить версии, но не превращало ни одну из них в доказанный факт.
Семья Назара Статочнюка после приговора уехала из Нововолынска в Луцк.
Сергей и Виктория Лыткины остались в Нововолынске. На могиле Кати установили памятник. В 2023 году незадолго до Пасхи неизвестные украли с него фотографию, а затем устроили поджог. Это был не первый случай вандализма.
Нововолынск эту историю не забыл. В небольших городах подобные трагедии редко забывают. Здесь помнят Катю, десять дней поисков и терикон шахты номер три.
И помнят, что она вышла из дома, пообещав вернуться через пять минут.
.png)
.jpg)
