«Caдитecь, пoдвeзу. Coвceм зaмepзли, чaю хoтитe?»: зaчeм элитный хиpуpг бoльницы хлaднoкpoвнo убивaл cлучaйных пoпутчикoв
Коломна, 1979 год. Зима 1978–1979 годов выдалась в Советском Союзе поистине беспощадной. Столбики термометров в Подмосковье падали ниже 30 градусов. В это страшное время на заснеженных обочинах дорог в окрестностях Коломны стали находить окоченевшие трупы.
Поначалу советская милиция не усматривала в этом криминала: время суровое, дело житейское — выпил лишнего, отстал от автобуса, уснул в сугробе. Но когда количество «замерзших» превысило все допустимые статистические нормы, к делу подключились опытные следователи. Вскоре стало ясно: в области орудует серийный убийца с абсолютно дьявольским расчетом.
Схема преступника была идеальной. Он выслеживал на загородных трассах одиноких, отчаявшихся людей, которые часами безуспешно ждали редкие пригородные автобусы. Перед замерзающим человеком останавливался приличный автомобиль, из окна которого улыбался интеллигентный, опрятно одетый мужчина: «Садитесь, подвезу. Совсем замерзли, чаю хотите?»
В прогретом салоне автомобиля спаситель проявлял максимальную заботу: наливал из термоса обжигающий чай, кофе или предлагал глоток коньяка, чтобы согреться. Продрогшие люди с благодарностью принимали угощение, не подозревая, что интеллигентный водитель подмешал туда убойную дозу токсичного снотворного.
Как только яд действовал и попутчик терял сознание, водитель сворачивал на проселочную дорогу. Там он методично забирал у беспомощной жертвы деньги, часы, обручальные кольца, а порой снимал даже теплую одежду. После человека просто вышвыривал в сугроб. На тридцатиградусном морозе усыпленная жертва была обречена — смерть от переохлаждения наступала неотвратимо и быстро.
В СССР раскрытие серийных убийств стояло на особом контроле у высшего руководства. Проблема была в том, что маньяк не оставлял живых свидетелей. Однако идеальных преступлений не бывает: «оборотень» погорел на собственной жадности, когда попытался сдать похищенные вещи в комиссионный магазин (по другой версии — бдительный прохожий запомнил госномера подозрительной машины).
https://vk.ru/wall-175114682_230727
Когда сыщики МУРа вышли на владельца автомобиля они увидела человека с, грубо говоря, безупречной анкетой. Денис Никифоров — ведущий хирург одной из самых престижных и закрытых больниц Москвы, обслуживавшей высшую партийную номенклатуру ЦК КПСС. Ни разу не привлекался к уголовной ответственности.
Коллеги и руководство Никифорова были в ужасе. В больнице его ценили как безотказного профессионала с «золотыми руками». Никто не мог поверить, что рука, уверенно державшая скальпель у операционного стола, ночью хладнокровно подмешивала спецпрепараты в чай и обрекала людей на смерть.
На допросах в КГБ и милиции хирург отпираться не стал. Его признание повергло следователей в шок — мотивом чудовищных злодеяний оказалась... любовь.
kolomnagrad.ru
Выяснилось, что супруга Никифорова была смертельно больна. Чтобы спасти её, требовались дефицитные импортные лекарства, купить которые в СССР конца 70-х можно было исключительно на черном рынке у фарцовщиков за астрономические суммы. Видя, как угасает любимая женщина, врач, дававший клятву Гиппократа, решил, что жизни случайных попутчиков — ничто по сравнению с жизнью его жены. Имея беспрепятственный доступ к сильным медикаментам в элитной клинике, он превратил убийства в источник дохода.
Парадокс и главная трагедия этой истории заключаются в её финале. Советский суд остался непреклонен: никакие благая цель, мотивы спасения близкого и медицинские заслуги не могли перевесить жизни невинных людей, у которых тоже остались дети и матери. «Хирурга-оборотня» приговорили к высшей мере наказания — расстрелу. Приговор привели в исполнение.
Самое страшное, что жена Никифорова в итоге выздоровела. Но какой ценой? Ей пришлось жить дальше с осознанием того, что её здоровье было буквально оплачено кровью и предсмертными вздохами случайных людей в подмосковных сугробах.
