Oднoклaccники гoдaми тpaвили нecчacтную учeницу. Нa вcтpeчe выпуcкникoв oнa зaxoтeлa им oтoмcтить

Oднoклaccники гoдaми тpaвили нecчacтную учeницу. Нa вcтpeчe выпуcкникoв oнa зaxoтeлa им oтoмcтить

Молодая и красивая женщина сидела в своём уютном кабинете, задумчиво глядя перед собой. Алена Кириллова медленно повернула голову к зеркалу на столе. Как всегда — безупречна. Но под глазами — усталость, и неудивительно: последняя сделка выдалась непростой. Однако же она завершилась успешно.

Только вот мысли Алены были далеко от бизнеса. Сегодня она получила сообщение — приглашение на встречу выпускников. Десятилетие со дня окончания школы. И теперь она размышляла: стоит ли туда идти?

«Алена, 17 июня у нас встреча одноклассников. Внимание: взнос по 5000 рублей. Мы искренне будем рады тебя видеть. Место уточним позже», — прочитала она вслух, словно переживая каждое слово, и машинально взглянула на календарь.

– Неужели уже десять лет? – прошептала она, смахивая редкую слезу.

Но это были не слёзы ностальгии. Это была боль. Потому что школьные годы для Алены — не светлое прошлое, а время самых тяжёлых воспоминаний. Одна лишь мысль о них заставляла её съёжиться, будто от холода, хотя в кабинете было тепло.

«Взнос по 5000… Мы будем рады тебя видеть» — фраза, которая звучала почти издевательски. Те самые одноклассники, которые когда-то насмехались над её бедностью, теперь вдруг так «рады»? Алена с горькой усмешкой заглянула в соцсеть. Лиду, бывшую «звездочку» класса, она нашла без труда. Страница закрыта, но фото видно. Ничего особенного: выглядит постаревшей, будто жизнь выжала из неё всё. А ведь ей всего двадцать семь.

Итак, идти или не идти? Быть или не быть? Алена усмехнулась. Скорее всего, встреча пройдёт в каком-нибудь дорогом ресторане. И тогда — почему бы не преподнести бывшим одноклассницам сюрприз? Такой, чтобы запомнился на всю жизнь. Что именно она задумала — пока не знала. Но точно — это будет связано с её болезненным прошлым. И с одним человеком, который когда-то был для неё всем на свете, а теперь… теперь он олицетворял её самое горькое разочарование.

Не замечая, как время остановилось, Алена погрузилась в воспоминания, которые она годами старалась забыть. Но память не слушается. Образы прошлого закружились перед глазами, словно кадры старого фильма.

О детстве Алены мало кто знал. Оно было тяжёлым. А всё началось с трагедии, разделившей её жизнь на «до» и «после». И «до» оказалось таким коротким.

Родители погибли в аварии. Пьяный водитель выехал на встречку — и столкновение было неизбежным. Отец Валерий погиб мгновенно. Мать, Татьяна, чудом осталась жива, но с тяжелейшими травмами. Её лицо изуродовали осколки лобового стекла, а сама она потеряла зрение. В тот день маленькая Алена играла в песочнице в детском саду и даже не подозревала, что у неё больше нет отца, а мама борется за жизнь.

Когда за ней пришла тётя Валя, сестра отца, девочка робко спросила:

– А где мама?

– Они ещё не приехали, – ответила тётя, и голос её дрогнул.

Но Алена тогда не поняла, что это навсегда.

Татьяна, раньше работавшая медсестрой, стала инвалидом. Восемь лет труда — и вот такая несправедливость. Когда дочь впервые увидела её с повязкой на глазах, она закричала. Слишком страшно выглядела эта повязка.

– Что я теперь смогу тебе дать? – рыдала мать.

Алена подбежала к ней, обняла и шептала:

– Мамочка, не плачь. Всё будет хорошо.

С тех пор она больше не видела слёз мамы. Но ночью слышала её беззвучный плач за закрытой дверью.

Позже, когда Алена стала взрослой и успешной, мать сказала:

– Если бы не ты, я бы не выжила.

Помочь было некому. У Татьяны не было семьи — она выросла в приюте. Родители Валерия жили далеко, на пенсии, и помочь не могли. Тётя Валя приходила, но вскоре сказала:

– Мне нужно строить свою жизнь. Простите, девочки.

Хотя она спасла Алену от детдома — и за это ей спасибо.

Иногда помогала соседка Ирина Васильевна: готовила, убирала, плела косички. Девочка рано научилась заботиться о доме, о маме, о себе.

Сейчас, в 27 лет, будучи сильной, самостоятельной и успешной, Алена думала: «Не было бы счастья, да несчастье помогло». Но при этом она с готовностью отдала бы всё, что имеет, лишь бы вернуть папу и здоровье мамы.

В школе Алена быстро стала отличницей, помогала одноклассникам. Но принять её никто не спешил. Причина — бедная одежда. Школьная форма не уравнивала всех: обувь, верхняя одежда, спортивная форма — всё это выдавало её положение.

– О, пальто нищенке подарили? Может, и нам чего сойдёт? – смеялись одноклассники.

Сначала это были глупые шутки. Алена старалась не обращать внимания. У неё было дело поважнее — мама, уроки, работа. Но со временем насмешки стали злее.

На новогоднем утреннике в шестом классе Мызина язвительно спросила:

– Аленка, где ты раздобыла это «винтажное» платье?

– В мусорке, – хихикнула Оксана.

– Нет, в бабушкином сундуке! – добавила Маша.

К тому же Алена была немного полновата — не толстая, а просто крупная. Однажды учительница, желая похвалить, сказала:

– Настоящая русская красавица, как у Васнецова!

Но дети услышали только «крупная». И тут же раздались насмешки:

– Крупная Аленушка, коровушка! Ни в одну картину не влезет!

– Жили-были старик со старухой, и жили они бедно…

Алена сжимала губы, чтобы не заплакать. Ведь именно этого они и ждали.

Она понимала: одежда действительно оставляла желать лучшего. Всё — из секонд-хенда, с распродаж, подержанное. Хоть бы и мешок смотрелся на ней красиво — но, увы, не получалось.

– Как в школе? – спрашивала мать.

– Всё отлично, мам.

– А с одноклассниками?

Татьяна догадывалась. Девочке хочется быть красивой, а у них нет денег.

– Да, мы дружим, общаемся, – отвечала Алена.

Но мать чувствовала ложь.

– А может, мне попробовать работать? – вдруг сказала Татьяна. – В обществе слепых рассказывали, что люди делают украшения, бусы…

Так началась их совместная работа. Алена помогала матери делать бижутерию, сдавала изделия в магазины. Ирина Васильевна предлагала продавать на рынке, но Алена отказалась:

– Нет, после школы сил не остаётся.

На самом деле она боялась, что её увидят одноклассники.

Доход был скромным, но хоть какое-то подспорье. Жили впроголодь, экономили на всём.

А в восьмом классе Алена влюбилась. Безответно, как и должно быть. Её сердце принадлежало Игорю — сыну богатых мажоров, сердцееду. Он был с Лидой, и Алена тихо страдала, мечтая о парке, о руках, о поцелуях, о кольце, о свадьбе…

Но это была только мечта. А реальность — другая. И встреча выпускников могла стать тем самым моментом, когда прошлое и настоящее столкнутся лицом к лицу.

– О чём задумалась? – раздался насмешливый голос Лиды. – Звонок уже прозвенел.

Рядом с ней стояли её верные подружки — Оксана и Маша, готовые подхватить любую колкость.

Выпускной вечер был не за горами, и Алёна мечтала о нём с трепетом. Хотелось быть красивой. А вдруг Игорь, увидев её в новом платье, наконец-то обратит внимание? Пригласит на танец… А там — любовь, признание, может быть, даже свадьба… Мечты, как всегда, были яркими, но реальность — жестокой.

На вырученные с продажи бус деньги Алёна купила скромное, но изящное платье. Оно ей шло. И вот она стоит в коридоре, пытаясь улыбнуться, когда вдруг…

– Ну ты и нищенка! – бросил Игорёк, окинув её с ног до головы. – Что за тряпьё на тебе?

Рядом хихикнула Лида в дорогом, гламурном наряде. К ним тут же подтянулись остальные — все в сборе, все готовы к зрелищу.

– Ребята, давайте фотографироваться! – позвала Ольга Ивановна.

– Только не вставай рядом с этой оборванкой, – фыркнула мать Олега Куницына. – Всё фото испортишь своим видом.

– Да как можно на таком мероприятии выставлять ребёнка в таком виде? – добавила другая мама.

– Слышала, Онищенко, что люди говорят? – с издёвкой бросил Игорь, глядя на Алену.

– Оборванка! – кто-то крикнул из толпы.

Алена молча развернулась и ушла. Ни одного слова в её защиту. Ни одного. Она шла, сжав губы, сдерживая слёзы, а потом бродила по городу почти до утра. Когда вернулась домой, мама тихо спросила:

– Как прошёл выпускной?

– Всё было классно, – ответила Алена, улыбаясь сквозь слёзы.

А ночью она рыдала в подушку. Никто не встал на её сторону. Никто. В тот момент она поклялась себе: настанет день — и они всё вспомнят. И пожалеют.

И чудо произошло уже на следующий день.

– Алёнка, ты спишь? – раздался голос мамы.

– Что случилось?

– Звонили из художественного салона. Наше украшение купил какой-то богатый человек. И даже заказал ещё!

Алена вскочила с кровати.

– Правда?! – закричала она и бросилась обнимать мать. – Это же чудо!

С этого дня их жизнь пошла вверх. Через салон они познакомились с Джорджем — русским по происхождению, но давно живущим в Америке. Георгий, как звали его раньше, был тронут историей Алены.

– Я помогу тебе, девочка, – сказал он. – Я тоже был беден. Но у меня получилось. У тебя тоже всё будет.

И он сдержал слово.

Сегодня Алена — успешная предпринимательница, владелица двух модных магазинов в столице. Маме Татьяне сделали операцию — зрение частично вернулось. Жизнь налаживалась. А Алёна, которую когда-то называли «крупной», теперь с гордостью демонстрировала стройную фигуру, отточенную годами тренировок с лучшим фитнес-тренером.

Отряхнув от себя тяжёлые воспоминания, она наконец приняла решение:

– Пойду. И сделаю это красиво. Я этого ждала слишком долго.

Она сама организует встречу. Закажет ресторан, банкет, музыку. Осталось только узнать, где они собираются.

Зал сиял. Столы ломились от деликатесов, играла живая музыка, повсюду — цветы, шары, изысканная атмосфера праздника.

– Вы уверены, что это всё для нас? – с недоверием спросила Лида у администратора.

– Конечно, – улыбнулась стройная брюнетка. – Всё оплачено. Приятного вечера!

– Ого! – загалдели гости. – За пять тысяч — и такое?!

– Да мы и мечтать не могли!

– Только вот нищенки нашей нет, – заметила Оля.

– И что? – усмехнулся её муж, бывший одноклассник Олег Куницын. – Тебя это так волнует?

– Просто интересно. Она вообще отвечала?

– Писала, спрашивала, где будет банкет. И всё.

– Наверное, испугалась показаться. Вряд ли у неё сейчас что-то изменилось.

– Может, сидит в своей халупе в рваных штанах и завидует.

– Да и пусть.

И в этот момент официанты начали раздавать гостям фотографии с выпускного вечера. На обороте каждого снимка красовалась надпись:

«Почему меня здесь нет?»

Гости переглянулись. В зале повисла тишина.

– Нищенка… – прошептал кто-то.

– Она самая.

И тут со сцены раздался чистый, звонкий, полный уверенности голос:

– Ну что, кто-то соскучился?

Все резко обернулись. На сцене стояла стройная, элегантная женщина в роскошном переливающемся платье. Это была она. Алёна.

– Я, конечно, не могла не прийти, – улыбнулась она. – Тем более что часть банкета — мой подарок вам. Не надо благодарить, я знаю, как вы любите дармовщину.

Она спустилась со сцены, медленно оглядывая зал.

– Я провела небольшое расследование. И, о чудо, выяснилось: большинство из вас, увы, так и не добилось ничего значимого. Лида! – она остановилась перед бывшей «звездой» класса. – Ты действительно не могла следить за собой? В нашем-то возрасте?

Лида покраснела, но промолчала.

Алена подошла к Игорю. Он стоял, опустив голову. Зубы — потемневшие, залысина, живот, одышка. После смерти родителей он скатился, пристрастился к алкоголю.

– Подождите, – произнесла Алена с притворным удивлением, – а что здесь делает бомж? Это кто?.. О, Игорь? Ты что ли? Боже мой… Ты что, на что-то тяжёлое подсел?

В зале стало тихо. Люди опустили глаза. Роскошный ужин вдруг показался им горьким. Алёна продолжила:

– По справедливости, я должна была бы выставить тебя отсюда. Помнишь, как ты выгнал меня с выпускного? Но я не стану. Я сама уйду. Я стараюсь не контактировать с людьми из социальных низов. Не из вредности — просто вши, инфекции… Ну вы понимаете. Без обид, ладно? Вы же не виноваты, что жизнь вас сломала. Ешьте, пейте, веселитесь. К сожалению, дешёвой бормотухи, к которой ты привык, здесь нет. Но дорогой коньяк тебе нальют — попробуй, вдруг понравится.

Она улыбнулась, развернулась и вышла из зала.

Тишина. Даже музыка замолкла.

Алена больше не оглядывалась. Она прошла через главный вход, села в чёрный лимузин и исчезла в ночи.

Прошлое было позади. Она наконец-то отпустила его. Не ради мести. А ради себя.