Из любви к нeму пoпaлa в БOPН, a зaтeм в тюpьму: иcтopия Eвгeнии Хacиc

ntv.ru

Из любви к нeму пoпaлa в БOPН, a зaтeм в тюpьму: иcтopия Eвгeнии Хacиc

Москва, 2009 год. По улице Пречистенка шёл адвокат Станислав Маркелов. Рядом находилась журналистка Анастасия Бабурова. Через несколько мгновений прозвучали выстрелы. Маркелов погиб на месте, Бабурова получила смертельное ранение и вскоре умерла в больнице. Нападавший скрылся, а следствию предстояло выяснить, почему именно этот адвокат оказался целью и кто решил, что журналистка тоже не должна уйти живой.

Поначалу рассматривались разные версии, в том числе связанные с делом полковника Юрия Буданова: Маркелов представлял интересы семьи Эльзы Кунгаевой. Но постепенно расследование вывело следователей на ультраправую среду. Вскоре выяснилось, что за убийством стояли не одиночки, а люди, которые рассматривали политическое насилие как инструмент.

Так перед следствием появилась история БОРН — «Боевой организации русских националистов».

lenta.ru

История будущей группировки началась ещё до первых убийств. Илья Горячев и Никита Тихонов познакомились в студенческие годы, интересовались националистической идеологией, а в 2002 году вместе побывали в Сербии, где познакомились с участниками движения «Образ». Вернувшись в Москву, они занялись созданием собственного политического проекта.

Вокруг журнала «Русский образ» в 2003–2004 годах сформировалось одноимённое движение. Но легальная политика, судя по материалам дела, постепенно перестала устраивать его радикальную часть. Горячев предложил создать боевое крыло по образцу Ирландской республиканской армии: легальная организация должна была заниматься политикой, а её подпольная часть — устранять тех, кого считала врагами.

kommersant.ru

Примерно в середине 2008 года в Москве сформировался БОРН. В него, по версии следствия, вошли Тихонов, Горячев, Алексей Коршунов, Александр Паринов, Михаил Волков, Максим Баклагин, Вячеслав Исаев, Юрий Тихомиров и Евгения Хасис. У многих уже был опыт участия в радикальной среде. Тихонов, Волков и Паринов ранее состояли в группировке «Объединённые бригады — 88», а Тихонов и Паринов скрывались после убийства антифашиста Александра Рюхина.

Оружие, согласно материалам дела, добывал Тихонов. Деньги на существование группировки получали в том числе от торговли оружием, а также от продажи квартиры Хасис. Идеология постепенно превращалась в конкретную систему: найти цель, проследить, подготовить нападение и исчезнуть.

Первой громкой атакой, связанной с БОРН, стало убийство Фёдора Филатова в 2008 году. Затем последовали другие нападения. Среди погибших оказались антифашисты Илья Джапаридзе и Иван Хуторской, судья Мосгорсуда Эдуард Чувашов, спортсмен Муслим Абдуллаев, студент Расул Халилов, таксист Соса Хачикян и дворник Салохитдин Азизов. Были совершены и покушения, в том числе на участкового Гагика Беняминяна и спортсмена Рамазана Нуричуева.

lenta.ru

Но именно январское убийство 2009 года стало переломным.

Станислав Маркелов был известным адвокатом, который защищал представителей антифашистского движения и участвовал в громких процессах. Для ультраправых он оказался символической мишенью. Бабурова, занимавшаяся журналистскими расследованиями, оказалась рядом в самый неподходящий момент.

Следствие пришло к выводу, что стрелял Никита Тихонов, а Евгения Хасис помогала ему в нападении. По версии обвинения, она находилась рядом и подала сигнал, когда наступил момент для атаки.

Через несколько месяцев после убийства подозреваемые оказались под арестом.

В начале ноября 2009 года Тихонова и Хасис задержали. Одним из важнейших свидетелей обвинения стал Илья Горячев. Он дал показания о деятельности организации и её участниках, хотя впоследствии отказался от части своих слов. Позднее Горячев уехал за границу.

Тихонов признал вину в убийстве Маркелова и Бабуровой. В 2011 году суд присяжных признал его и Хасис виновными, не найдя оснований для снисхождения. Тихонов получил пожизненное заключение, Хасис — 18 лет.

lenta.ru

Позднее дела участников БОРН стали рассматриваться отдельно. В 2012 году Юрий Тихомиров получил десять лет за соучастие в убийстве Ильи Джапаридзе. В 2013-м Горячева задержали в Белграде и экстрадировали в Россию. Михаила Волкова в том же году задержали на Украине и также передали российским властям.

В 2015 году суд приговорил Максима Баклагина и Вячеслава Исаева к пожизненному заключению. Их признали виновными в убийствах Ивана Хуторского, Эдуарда Чувашова, Сосы Хачикяна и покушении на Рамазана Нуричуева. Волков получил 24 года за убийства Фёдора Филатова и Расула Халилова.

Горячев вину в организации убийств не признал, однако присяжные в июле 2015 года единогласно признали его виновным в создании БОРН, организации пяти убийств и незаконном обороте оружия. Он получил пожизненный срок.

История Евгении Хасис долгое время воспринималась прежде всего через её отношения с Тихоновым. Она была его гражданской женой и находилась рядом с ним в период подготовки и совершения преступления против Маркелова и Бабуровой.

Но юридически важная деталь заключается в другом: Хасис не была осуждена за участие в БОРН как организации. Её приговор касался соучастия в убийстве Маркелова и незаконного оборота оружия.

По версии обвинения, она не стреляла сама. Её роль заключалась в содействии нападению: Хасис должна была подать Тихонову сигнал, когда можно действовать. Суд признал этого достаточно для ответственности за соучастие.

Первоначально ей назначили 18 лет колонии. После обращения защиты в ЕСПЧ были установлены нарушения, связанные с судебной процедурой, и в 2022 году Верховный суд сократил срок до 17 лет.

28 ноября 2025 года Хасис вышла на свободу после 16 лет заключения.

Ещё во время отбывания наказания она заявляла, что изменила взгляды. В СМИ также сообщалось о её желании работать с молодёжью и рассказывать о том, как формируется экстремистская идеология. Насколько глубоким оказалось это изменение, судить теперь можно только по её дальнейшим поступкам.

Дело БОРН важно не только как история нескольких уголовных процессов. Оно показывает момент, когда политическая и идеологическая радикализация перестаёт быть словами и превращается в механизм насилия. Сначала появляются враги, которым отказывают в праве на существование, затем — списки целей, оружие, наблюдение и люди, готовые нажать на спусковой крючок.

Именно поэтому спустя годы после тех убийств вопрос памяти остаётся не музейной формальностью.

gazeta.ru

14 сентября 2026 года на Международном фестивале молодёжи открылась выставка «Катастрофа памяти. Неонацизм в XXI веке», подготовленная Музеем современной истории России. Её задача — показать, как человеконенавистнические идеологии продолжают существовать в современном мире и к чему приводит их распространение.

Один из центральных элементов экспозиции — интерактивная карта, на которой собраны сведения о деятельности неонацистских организаций в разных странах. В витринах представлены современные материалы и литература, связанная с этой идеологией, а также предметы, привезённые из зоны специальной военной операции. Отдельный раздел посвящён памяти погибших детей.

Для выставки особенно важен разговор с молодёжью. Потому что человек редко становится радикалом за один день. Сначала ему предлагают простую картину мира: есть «свои», есть «чужие», есть те, кого якобы можно ненавидеть без последствий. Потом ненависть начинают оправдывать политическими целями. А следующим шагом может оказаться уже не текст и не лозунг, а оружие.

История БОРН показывает эту последовательность. Поэтому память здесь нужна не ради прошлого самого по себе. Она нужна для того, чтобы узнавать опасную идеологию раньше, чем она снова превратится в практику.

Память действительно сильнее времени — если её сохраняют не формально, а честно.